Не надейся.
— Бу, — прошептала я, когда он снова приоткрыл глаза, и, усмехнувшись, выпрямилась.
Нижняя губа Буги задрожала от страха, когда я извлекла из-за спины нож, что был припрятан в заднем кармане моих чёрных кожаных штанов. Свет его ночника отразился в серебре лезвия.
— Хотела бы сказать, что это будет быстро, но я не хочу лгать тебе, Буги, — проговорила я, любуясь остротой выбранного оружия.
— Нет, прошу, не калечь меня, я виноват, — взвизгнул он, снова пытаясь вырваться и сбросить меня.
Я прижала ладонь к его груди, заставив застыть, и его тело дёрнулось.
— Прости, если моя рука показалась тебе холодной, у мёртвых нет сердцебиения, чтобы гонять кровь и согревать тело, — я с ледяной улыбкой смотрела на него, и моя усмешка становилась всё шире, пока его лицо не побелело.
— Ты не Рэйвен! — взвизгнул он без уверенности в голосе, — Рэйвен мертва! Мёртвые не возвращаются к жизни!
— Верно. Не возвращаются, — я провела лезвием по ладони, вздрогнув от жгучей боли.
Чистый ужас наполнил глаза Буги, когда я протянула к нему руку. Он проследил взглядом за струйкой крови, упавшей с моей ладони ему на грудь, а затем рана, что я только что нанесла, начала затягиваться.
Спустя несколько секунд порез полностью исчез, не оставив даже шрама. Торжествующая усмешка тронула мои губы при виде смятения на лице Буги.
Теперь он начинал понимать, что я чувствовала той ночью.
Беспомощность.
Одиночество.
Страх.
В своём оцепенении Буги не заметил, как я поднесла другую руку к его груди, пока остриё ножа не впилось в его кожу.
— Начнём, пожалуй?
Глава 3
КОП
Я глубоко затянулся, вбирая последний дым сигареты, и щелчком отправил окурок в окно. Дурная привычка, но я баловал ею себя лишь в особых случаях.
Как сейчас.
Впереди мигающие синие и красные огни патрульных машин и скорой освещали улицу, пока жители толпились вокруг, пытаясь разузнать, в чём суета. Для «скорой» помощь, впрочем, оказалась напрасной: в здании, которое теперь охраняли офицеры в ожидании экспертизы, уже некого было спасать.
Будь здесь шанс кого-то спасти, меня бы не вызвали посреди чёртовой ночи.
Я выпустил дым, задержанный в лёгких, наслаждаясь приливом никотина в кровь, и притормозил перед полицейской лентой, где дежурил офицер.
— Вечер, детектив, — он наклонился к приоткрытому окну. — Похоже, хэллоуинские ужастики начались на неделю раньше. Будем надеяться, что всё обойдётся без прошлогодних последствий.
Я сжал губы. Мне не нужны были напоминания о том, что случилось год назад, кошмаров было вполне достаточно.
— И несомненно, станет хуже прежде, чем станет лучше. Особенно если Грим с его ребятами настигнут виновного раньше нас, — мрачно ответил я.