— Да брось ты — какая опека? Осьминог отлично информирован о твоих злоключениях, так что за это не переживай!

— Отлично, тогда поедем вместе.

— Точнее, встретимся уже там. Ладно, я поехала, — Лада товарищески хлопнула меня по плечу.

— Постой! Я беспокоюсь за Лизу… — слова сорвались с губ быстрее, чем я смог их обдумать.

— А что такое? — кузина замерла и остановилась, так и не открыв дверцу, и медленно повернулась ко мне.

Свет фонаря выхватил её лицо, на миг превратив его в бледную, непроницаемую маску. В её глазах не было ни капли родственного тепла — только холодный фокус, и вот такой её образ никогда мне не нравился. Слишком часто я видел её такой…

— Ну во-первых, она недовольна тем, что произошло на гонке, и явно винит в этом меня. Во-вторых, она остаётся в этом «марковском» логове, в орбите влияния Ирины и Вики…

— Она справится! — отрезала Лада, и её тон не допускал возражений.

Несколько секунд мы молча смотрели в глаза друг другу. Меня начало накрывать понимание: и то, как моя очаровашка-кузина вообще вела себя, и то, как уработала Анжелику в тот памятный день, когда я очнулся в этом мире… Все разрозненные кусочки головоломки начали с тошнотворным щелчком вставать на свои места — её внезапная поддержка, её пугающая осведомлённость, а теперь и слишком спокойное отношение Лады к нахождению младшей сестры во враждебном политическом лагере.

— Ты хочешь сказать, что Лиза работает на тебя? — я ощутил, как кровь прилила к щекам, и дышать стало тяжело. — То есть вся эта легенда, что она бросилась за мной… — мой голос дрогнул, выдавая ярость и раздражение.

— Это не легенда, а чистая правда, — чуть подняла голос Лада, а в её глазах сверкнул металл. — В остальном, конечно же, я взяла её под свою опеку, раз она учудила это поступление в «марковку». Я была изначально против, и теперь просто пользуюсь моментом. Спасибо скажи, что Лера вдобавок такое не сделала — а она тоже порывалась. Не знаю за что, но девушки тебя любят…

Меня это поразило — Лада произнесла это спокойным, будничным тоном, словно речь шла о вербовке случайного осведомителя, а не о судьбе нашей с ней младшей сестрёнки, нашей Лизы.

— Лада, то есть ты используешь младшую сестру как… агента? — я глубоко вздохнул и едва сдержался, чтобы не зарычать.

— Как личного агента влияния, правильнее сказать, — сжала она губы, и на её лице не дрогнул ни один мускул. — А чего ты ожидал?

«Какая она циничная… Хотя сколько её помню — она всегда такой была!» — на миг захотелось придушить её.

— Но… Это же опасно! Если Марковы ей навредят?