Когда расцвела перестройка и гласность, в Москву приехала делегация американских психиатров, и вот им дали посмотреть на два детятка человек с этим диагнозом. Американцы обследовали и закономерно прозрели: у половины — вообще никаких расстройств, ещё семеро — просто нормальные люди с небольшими странностями после «интенсивного лечения». Больше всего их поразило, что среди симптомов советские врачи записывали «повышенное чувство собственного достоинства».

Я усмехнулся, глядя на пустую кухню — история старая, хоть и из моего мира, но принцип всё тот же: здесь вместо белых халатов и КГБ работают кланы, МГБ и «экспертные заключения по магии». Вместо «вялотекущей шизофрении» — «нестабильный магический фон», «слабый контроль эндейса» или даже «токсичная авантюрность». Упаковка здешняя, суть та же.

Я совсем бы не удивился, если выяснится, что подобные подходы здешними магами напрямую позаимствованы в какую-нибудь из Ночей Слияния.

На часах было две минут за полночь, а это означало повтор девятичасового выпуска новостей на Первом.

Я включил телек и хотел было отхлебнуть вина, но моя рука так и застыла возле бутылки, поскольку на экране появилось лицо Марии Зотовой.

Журналистка выглядела так, будто только что вышла из эпицентра взрыва. Она стояла на фоне вечернего парка, где за её спиной колыхалось море огней от патрульных машин милиции.

— … мы продолжаем наш прямой эфир — специальный репортаж из Марковского городского парка, — голос Зотовой звенел от плохо скрываемого возбуждения. — Буквально час назад здесь разыгралась сцена, которая ставит под сомнение не только дисциплину в элитных учебных заведениях, но и саму безопасность наших улиц. Группа молодых людей в характерной черной форме «марковской» Академии — те, кого в народе уже метко окрестили «черными юнкерами» — вступила в открытый конфликт с молодежной компанией, которую они сами окрестили «местной шпаной».

Камера качнулась и переключилась на видеоряд, снятый на чей-то мобильный телефон. Качество было зернистым, картинка дрожала, но суть происходящего читалась безошибочно: группа из пяти юнкеров, двигаясь в четком боевом построении «ромбом», теснила к пруду десяток парней в косухах и широких штанах. Воздух между ними то и дело прошивали вспышки магии.

— Ну нихуя себе — сказал я себе! — произнес я это вслух, наблюдая за происходящим.

Юнкеры действовали довольно топорно — видно было, что в Академии их учили подавлять, а не сражаться. Один из них, судя по шевронам, походим на те, что и Иры и Вики — старшекурсник, вскинул руку, и из его ладони вырвался силовой импульс. Но вместо того, чтобы точечно обездвижить противника, он просто снес парковую скамейку, щепки от которой полетели в случайных прохожих.