Басмач судорожно сглатывает:
— Это Пес сделал! Пес и Бавар! Грохни этих двоих, а остальных отпусти!
«Дьявол» качает головой.
— Мне плевать на конкретного исполнителя. Точнее, не так — они тоже будут наказаны, заодно. Слышал о солидарной ответственности? Если группа не контролирует своих членов, то наказывают всех. Я не собираюсь бегать за непосредственными виновниками, иначе ты, чего доброго, укрывать их начнешь. Лучше я уничтожу вас всех. Но сначала скажи, кто наниматель.
— Отпусти меня, только меня одного, тогда скажу, — мычит Басмач, и связанные бандиты с ненавистью смотрят на главаря. Режут его глазами на ветчину. Но плевать! Главное — выжить! Вернуться к сыну и дочери!
— Нет, ты умрешь, твоя семья умрет, твои любовницы умрут, твои близкие друзья умрут, семьи твоих друзей … Если же сдашь нанимателя, тогда умрете только вы со своей сворой. Выбирай, как тебе удобнее.
— Я скажу, — бандит пристыженно опускает голову. Мало того, что всё равно подохнет, так еще лишился уважения соратников.
— Ну, сколько еще мне ждать?
— Это люди рода Гнездовых, точнее их посредник, но он мне разболтал по секрету, мы давно вместе работаем.
— Гнездовы? Из Выборга? — «дьявол» выпрямляется. Вопрос, конечно, риторический. У дворян из разных родов не бывает одинаковых фамилий. — Вот и старые недруги объявились.
— Грохать бандитов? — деловито спрашивает сивоусый.
— Нет, лучше отправим подарком уважаемому Ладомиру Гнездову, — усмехается дьявольский отрок и резко наносит очередь ударов в грудь Басмача. Не сильных. Но почему-то разум бандита сразу мутнеет, с тяжким хрипом он падает лицом на пол. Напоследок слышит: — Вырубите всех, а потом тащите тела по очереди ко мне.
Глава 24 — Донские сувениры
Рано утром, напротив московской усадьбы Гнездовых, останавливаются три черных фургона. Стекла затонированы, номера машин нечитаемы. СБ сразу бьют тревогу. Дружинники Гнездовых с автоматами наперевес бросаются к воротам и берут на прицел глянцевые кузовы.
Задние двери фургонов распахиваются почти одновременно, наружу выкидываются по одному связанные люди. Голые, не считая трусов, частично обожженные, с затравленными глазами. Но, на удивление, почти не избитые, не считая того, что ужасные ожоги расчеркивают бледную кожу.
Вскоре тротуар устилает ковер из стонущих тел. В этот миг откуда-то из-за угла появляются телевизионщики и газетчики. Вспышки фотоаппаратов мигают без остановки, их владельцы не спускают пальца с кнопки, чтобы не упустить зрелищный кадр. Избитые бандиты, грудой вываленные у ворот выборгских дворян. Почти сразу репортеры узнают среди связанных верхушку «донских». Информаторы в полиции уже доложили, что этой ночью малоизвестный род Беркутовых разгромил их базу и подал сопутствующий иск в Управу благочиния по обвинению тех же «донских».