Прогнав из головы голос старого похабника, предлагаю другой выход:

— Или, может, хотите выпить? День был трудный, — она молчит, словно в раздумьях. — Тогда пройдем в кабинет, там бар.

— Нет, кровать вполне подойдет, — краснощекая Оксана заходит в спальню и садится на краешек постели, почти уронив голову, словно она стала тяжелее.

Устраиваюсь рядом с учительницей. Оба молчим. Я прекрасно вижу, что Оксана смущается от этого разговора, от своих желаний, от того, что сидит на постели своего ученика. Но не в моих правилах уговаривать женщин на близость. Тем более, что их вокруг меня всегда море.

Но рядком сидеть всю ночь тоже не собираюсь.

— Всё хорошо, Оксана?

— Я должна признаться, Арсений, — поджимает она губы. — Я пришла не сказать «спасибо»… точнее не только. Это нужно и мне.

— Что это? — сам я предполагаю один ответ, но вдруг не угадал.

— Побыть рядом с тобой. Мне тревожно и страшно. А твой голос успокаивает. Чтобы ты ни говорил, стоит послушать немного и на душе становится спокойно, — тихо признается она, не в силах смотреть в мои глаза. — Теперь я вижу, ты не вокалист, ты намного больше. Лидер. Сметаешь иномирян, защищаешь наивную простолюдинку, когда-то сглупившую и раздвинувшую ноги перед хамливым аристократом.

Совсем растревожилась что-то. Дарую ей волну магнетического позитива. Одновременно произношу:

— Даже если ты однажды и сглупила, то, благодаря этой глупости, появился Саша. Он же стоит твоих переживаний?

— Да, Саша — мое сокровище, — стискивает она пальцы. — Но сынок ведь тоже мог сегодня погибнуть. Я бы этого не вынесла! Арсений, сегодня я впервые боялась за своего ребенка. Это намного страшнее Гончей, скалящейся тебе в лицо, — учительница дрожит и тихо плачет. Стресс снова выходит.

Обнимаю ее за плечи, она тут же подается навстречу.

— Я не позволю вам с сыном умереть, — говорю уверенно. — Князь лично обещал арестовать Лобова. Теперь всё будет в порядке. У Саши судьба стать главой рода, и ты войдешь в семью Щекиных вместе с ним. Тебя будут уважать как мать наследника.

— Арсений, спасибо… я счастлива, что ты оказался рядом, — она трется носиком об мою шею. — Сам Сварог прислал тебя мне на помощь… — ее лицо поднимается выше, пухлые губы нащупывают краешек моего рта, и она испуганно отшатывается.

— Прости, я…ты мой ученик… — не находит она слов. Между тем я прижимаю ее к себе и нежно чмокаю в губы. Осторожно, как бережное прикосновение к розе, которая может легко осыпаться.

Затем отодвигаюсь, напоказ облизнув губы.

— Сладко.

Оксана сглатывает. Я наблюдая, как ее спина выгибается от горячей волны, пробежавшей по телу. А виной тому — всего один простой, легкий поцелуй. Девушка поднимает лицо выше, прося добавки. Медленно накрываю ее губы уже не таким целомудренным поцелуем. И всё же не тороплюсь. Она не выдерживает и отвечает страстно и жадно, словно иссушенный пустыней путник припал к источнику в оазисе. Мигом моя учительница взбирается ко мне на колени и обрушивается голодной пантерой. Мои ладони скользят Оксане под кофту и помогают стянуть ее. Освобождённая от верха одежды девушка охотно задирает мою футболку. Увидев кубики пресса, она довольно мурлычет…