— Бросай! — истошно заорал враг, рванув Ликину голову назад. Девушка вскрикнула…
Двое парней лет на пять постарше Санька, прохожие, остановились. За спиной злодея с ножом. Тот парней не видел. Не до того ему было… Один точный удар в затылок — и он бы лег. Нет, не помогут. По рожам видно. Зассали.
— Вы что творите! — Это мужик какой-то орет. С безопасного расстояния. Этот, может, и помог бы, но тетка, которая с ним, на руке висит, не пускает.
— Да, да, отдавай нож! — Это уже который с усиками. По левой руке кровь течет, но он — на адреналине. Не чувствует.
«А должен лежать, — отметил внутри Санька тот, беспощадный. — В печень бил, а не в руку».
Второй, которому Санёк порезал пальцы, тоже воспрял. Оскалился нехорошо. В карман полез. Левой рукой — в правый. Достать что-то пытается, но — не получается. Неудобно. И только третий, схлопотавший локтем, ничего не предпринимает. И пугать тоже не пытается. Застыл враскоряку, за яйца держится…
— Отдай нож, друг! Это мой нож! Мы тебе плохого не сделаем, не бойся…
Врет. И сам боится. Шакал. Нет, крыса. Санёк ткнул, не глядя, фиксируя боковым второго. Тот, что с усиками, отпрянул, и Санёк атаковал второго. Очень вовремя, потому что тот как раз сумел вытащить… пистолет!
Вытащить-то вытащил, но схватил неловко. Всё, что успел, — подставить под удар. Нож скрежетнул по железу… Но и пальцам досталось. Пистолет грохнулся на асфальт, а порезанный (теперь уже — на обе руки) развернулся и дал деру.
Ага! И тот, что с усиками, нападать не спешит. Доперло до него, что русский бьется всерьез. Не на испуг — насмерть. И не на Санька пялится, а на нож в его руке. Так на ядовитую змею смотрят. Это точно. Хотя нет. Нож у Санька в руке много опасней. И той же гадюке голову срежет раньше, чем та укусит. Санёк знал это наверняка. Нет, не сунется усатенький.
Санёк молча уставился на того, который угрожал Лике.
— Не подходи, убью ее! — сразу завопил крысеныш.
Где-то в мозгу Санька — мгновенный анализ и результат. Подходить нельзя. Ублюдок жутко напуган. Со страху может и резануть.
Так что Санёк подходить не стал. Просто уставился на крысеныша, подпустил во взгляд зверя, не забывая, впрочем, контролировать и усатого, и валяющийся на асфальте пистолет…
Нервы у того, кто угрожал Лике, не выдержали. Крысеныш отшвырнул нож, изо всех сил толкнул Лику на Санька — и наутек.
Санёк поймал Лику левой рукой, правая — в готовности встретить усатенького, если тот всё же рискнет.
Не рискнул.
Дернул со всех ног. Шакалы. Не только боя не приняли, но и своего бросили.
Тот, внутри, был разочарован. Не будет великолепного танца, каждое па которого — вскрытая плоть и оседающие наземь обезвреженные враги.