И банкир, вот уже в который раз за сегодняшний день, смирил гордыню. Когда у оппонента есть автомат, которым он умеет пользоваться, а у тебя — только кулаки и глотка, равноценного диспута не получится.
— А как насчет начальника караула позвать? — поинтересовался Фёдрыч.
— А мы не в армии, майор, — боец оскалился. Зубов в оскале было на пару штук меньше, чем предусмотрено природой. — Я сам себе начальник. И тебе, заметь, — тоже. Хочешь войти, майор? Тебе можно. Прогуляйся, приглядись. А как будешь со статусом и без балласта, — небрежный жест в сторону Санька и Гучко, — так и сыгранешь с Костлявой в русский покер. Клан Добрых Чистильщиков тебя встроит, а там уж сам решишь, в какую тему вписаться. Ну ты входишь или как?
— Пожалуй, схожу на разведку, — произнес Фёдрыч, поглядев на Юрия Игоревича.
Тот кивнул. Мол, не возражаю.
— Мы направо, — уточнил он. — Встретимся в кабаке, где обедали.
Фёдрыч кивнул и шагнул в опаленную арку.
— Как узнал, что я — майор? — спросил он.
— Да уж точно не полковник! — снова осклабился контролер-привратник. Один рукав его «пятна» был украшен значком радиоактивности, другой — той же молнией в кулаке, что и у контролеров в черном, только не серебряной, а тускло-серой. — Хочешь ствол купить? Могу подсказать, где и у кого.
Фёдрыч глянул на открывшийся за аркой ландшафт. Оптимистично. Ни деревца, ни травинки. Земля, асфальт, лужи с радужной пленкой, ангары, бараки… Промзона какая-то. Некоторое оживление вносил ржавый Т-80 со свернутой набок башней и размотавшейся гусеницей.
Что-то пихнуло Фёдрыча в бедро. Он глянул — и невольно схватился за нож. Желтоглазая тварь, похожая на лысую гиену, глядела на него снизу и щерила пасть.
— Не боись, майор, — раздался за спиной голос бойца. — Мутик чипованый, жрать не станет. Так что насчет оружейной лавки?
— Мне уже посоветовали, — ответил Фёдрыч. — Робинзона.
— Годный барыга, — одобрил боец. — Это вон там, в вагончике.
Вагончик выглядел — не очень. Одна часть его пришла в полную негодность после попадания чего-то крупнокалиберного, вторая пестрела выцветшими плакатами, изображавшими полуголых девок с разнообразным колюще-режущим и огнестрельным оружием. Дверь отсутствовала. Ее заменял обрывок маскировочной сетки.
Сбоку от вагончика, на воткнутом в землю рельсе сидела на одной лапе лысая птица размером с орла. Второй лапой птица держала тушку крысы, которой обедала. Увидев Фёдрыча, лысая мерзко зашипела.
— Пасть закрой, — буркнул майор. — Жри себе молча.
Вот ведь пакость какая. Так и хочется чем-нибудь приложить.
Поднявшись по сваренной из стальных прутьев лесенке, Фёдрыч оказался в просторном помещении без окон, но с ослепительно сияющими лампами на потолке.