— Добрый день!
— Кому как, — по глаза заросший бородой мужик отложил полуразобранный револьвер и уставился на Фёдрыча.
— Вы — Робинзон? Рваный сказал, что я могу купить у вас оружие.
— Можешь. Если деньги есть.
— Деньги есть. Кое-какие.
— Именно что кое-какие, — фыркнул бородач. — Сколько вам, новичкам, нынче выдают на тренинг? Сотни полторы?
— Около того.
— А где воевать будешь? У нас?
Фёдрыч покачал головой.
— Караульный только меня пустил.
— Караульный? А, привратник. Ну тогда точно не у нас. Значит, во фьорды или, нах, к шизанутым техам. Сразу скажу: для «Техномира» у меня за твои деньги ничего путного нет. Да и там тебе только на учебку хватит. Остальное — в кредит. А вот для фьордов можно подыскать что-нибудь. Топор или арбалет попроще.
— Мне бы что-то привычное, — попросил Фёдрыч. — Вроде этого, — он кивнул на полуразобранный револьвер.
— Ну ты губу распустил, — сказал Робинзон. — «Это» сотен на пять тянет. И патроны еще на сотку. За полторы я тебе из огнестрела «мосинку» могу предложить, поюзанную, но годную… Хотя вот что… Есть у меня «калаш» дефектный. Затвор у него заедает. После каждого выстрела передергивать надо. За полторы отдам. И патронов полсотни. Берешь?
Фёдрыч покачал головой.
— У меня только сто двадцать.
Робинзон почесал бороду, подумал…
— Хрен с тобой. Отдам всё за сотку И еще разрешу всякой мелочи набрать. Ты ж голый и босый, с одним ножом. Но будешь мне должен. Сотку. По рукам?
— А если не верну? — поинтересовался Фёдрыч. Он заподозрил подвох.
— Значит, не вернешь, — махнул выпачканной в смазке лапой оружейник. — Хотя не думаю. Такие, как ты, в Игре приживаются.
И, это, хочу тебя на всякий случай предупредить: раз ты один пришел, значит, команду твою к нам не пустили. А в «Техномире» «калаш» тебе не помощник. Дронов таким калибром не взять. Значит, дорога вам — во «фьорды», а контролер «фьордов» может огнестрел на Игровую зону и не пропустить. Новичкам обычно послабление, но ручаться не стану. Рискнешь?
— Рискну, — вздохнул Фёдрыч. — Показывай свой дефектный ствол…
* * *
Когда Гучко и Санёк вошли в кабак, Фёдрыч уже был там. Сидел в одиночестве за столом, тянул пиво. Рядом, на лавке, лежали видавший виды АК и такая же потертая брезентовая сумка.
— Ну как оно? — поинтересовался Гучко, опускаясь напротив майора.
— Местной валюты у меня больше нет, — сообщил тот. — Зато есть вот он, — Фёдрыч погладил потертый деревянный приклад. — А как у вас?
— Сходили на экскурсию, — Гучко жестом подозвал официантку, указал на кружку Фёдрыча и поднял два пальца. — Санёк, расскажи, где были.