Особняк, в котором мы находились, стоял на холме, у подножия горы, метрах в трехстах над поверхностью. Откуда-то сзади, направо — до горизонта, тянулась горная цепь. Не Кавказ, но пара вершин покрыта снежными шапками.

Солнце уже поднялось над горами, и здесь оно такое же, как на Земле. Облаков в небе немного, видимость отличная и справа над горами виден силуэт одной из местных лун. От холма, на котором стоит особняк, насколько хватает глаз, простирается лесостепь. Какая-то невообразимая смесь африканской саваны и средней полосы России. Леса и рощи сменяются открытыми пространствами, на которых растут отдельные деревья с гигантскими кронами. Отсюда их размеры оценить сложно, но каждое, навскидку, не ниже московской высотки. Вдалеке, возле гор, раскинулось большое синее озеро. Слева от него, на равнине, пасутся стада каких-то травоядных животных. Я словно попал в передачу «В мире животных».

— Что ты там такого увидел? — заметив выражение моего лица, поинтересовалась подруга.

— Сама посмотри, — я указал рукой в сторону озера. — Ты говорила, что здесь полно нежити, но откуда тогда тут столько коров? Ну или кто там вдали пасется?

Спросил и по выражению лица подруги понял, что опять сморозил какую-то глупость. Собственно, как и всегда. Сидящая на плече девушка поджала губы и посмотрела на меня с участием. Затем вдохнула, выдохнула и тоже, как всегда, ответила вопросом на вопрос:

— А зачем, по-твоему, неживым нужны эти, как ты говоришь, «коровы»?

— Но ты же сама говорила, что мертвые что-то там жрут?

— Они жрут друг друга и трупы убитых людей, — пояснила подруга. — Как правило, выжирают часть головы — вместе с отпечатком души. Иногда и другие части тела, в которых сохранились остатки сущности. Мертвые их хорошо чувствуют. После этого лучи Чёрного Солнца изменяют останки. Черная душа утверждается в теле, у трупа отрастает новая голова, ну или что-то похожее, — Леса легко пожала плечами, — и покойник превращается в не-живого. С этого момента перед ним открываются два пути: окончательная смерть, или не-жизнь. С первым вариантом все просто: его могут упокоить или сожрать. Чтобы этого не случилось, не-живой должен убивать и тем самым становиться сильнее. Вместе с Силой у него появляются зачатки разума. Такие твари становятся осторожными, и способны сбиваться в стаи. Ну и так дальше — по цепочке наверх.

— Выходит, у животных души нет? — воспользовавшись паузой, уточнил я.

— То, что есть у животных, душой не назвать, и после гибели оно спокойно пролетает через путы проклятия, которое висит над Разорванными землями, — глядя в окно, пояснила подруга. — Однако некоторых из них после смерти могут коснуться лучи Чёрного Солнца. Не помню, от чего это зависит, но, как бы то ни было, не-живые животные — это очень опасные твари. Особенно если лучи коснулись крупного хищника. Пожирая себе подобных и убивая живых, он растёт и становится настоящим чудовищем…