Верочка смотрела на нас, приоткрыв рот, и не находила слов. Ее раскосые глаза блестели, но она посчитала неприличным пустить слезу при учениках и держалась. Когда все расселись по местам, учительница не знала, что делать, глянула на цветы, на нас, снова на цветы и прошептала, приложив руку к груди:

— Спасибо вам, ребята. Так поддержали! И за встречу спасибо, и за… возможность остаться. — Она отыскала взглядом меня и дальше говорила, будто бы обращаясь к одному мне. — Я полюбила этот город и эту школу. И летнее море, и южный лес. Думала, все, пора уезжать в морозы… А теперь точно останусь, буду бороться за свою мечту.

Гаечка зааплодировала, весь класс ее поддержал в едином порыве. Даже Баранова была с нами солидарна. Все любили эту маленькую хрупкую женщину.

Подождав, пока мы затихнем, она глянула на доску и сказала строгим тоном:

— Но делу — время, потехе — час. Давайте сперва поговорим о Шолохове, а потом — о его рассказе «Судьба человека». Но поскольку я сегодня добрая, тем, кто его не читал, «двойки» не поставлю. Итак, кто не читал? Покайтесь, и отпущу ваши грехи.

Донеслись смешки. Руки подняли Карась, который болел, и лодырь Заславский.

Биографию Михаила Александровича захотела пересказывать Баранова. Излагала она складно, получила заслуженную «пятерку», а потом случилось чудо: Желткова вызвалась анализировать произведение.

— Тише! — воскликнул Памфилов, приложив палец к губам — класс замер, прислушиваясь, и Ден объяснил: — Раки на горе свистят!

Грянул смех. Я показал ему кулак, и он хлопнул себя по губам.

— Люба, ты хочешь отвечать? — удивилась Верочка — Любка кивнула. — Ну, давай.

Желткова встала с гордым видом, отдернула юбку и пригладила ёжик волос.

— Эта история была на самом деле, — начала она, глядя на учительницу. — Ее рассказал мужчина, который плыл на лодке. То есть ждал лодку вместе с Шолоховым. Ну, им надо было на другую сторону реки.

Бедная Любка, как же ей тяжело связывать слова, но она тужится, пыхтит. Не всегда понятно, что она старается донести, но главное — пытается. То, что любому из нас проще простого, для нее — настоящий подвиг.

Закончив сбивчивый пересказ, Желткова добавила:

— Я сейчас, кажется, поняла. Этот рассказ про вас и про нас. Про то, как быть хорошим человеком, и даже когда совсем тяжело, помогать другим. Потому что так можно помочь и себе тоже. Вот.

Верочка снова посмотрела на меня. Она сообразительная, догадалась, кто организовал сбор денег ей на квартиру, а может, кто-то проболтался.

— Молодец, Люба. — Учительница похлопала Любке. — Очень хорошо, ты правильно все поняла. Безусловно, «пять».