Пока я шел, взмок, аж рубашка к спине прилипла. Взбежав на наш второй этаж, сунул ключ в замочную скважину и обнаружил, что дверь открыта. Бросило в жар, и сердце остановилось, а потом сорвалось в галоп.
Осторожно вынув ключ, я отступил на шаг. Боря и Наташа в школе. Мама на работе. Кто это может быть? Возможно, Наташка прогуливает школу, но все всегда закрываются изнутри.
Весь мой заработок — в тетради с замком, которую подарил директор! В тетради, которая просто кричит: во мне есть ценное, открой меня!
Как узнать, кто проник к нам в квартиру и есть ли там кто-то сейчас? Я приник к двери ухом. Если бы внутри были воры, они громыхали бы мебелью и хлопали ящиками. Или они уже сделали свое дело и ушли? Во дворе никто на стреме не стоял…
Сразу звонить в милицию? А если там свои? Как же кстати пришлись бы мобильные телефоны из будущего! Я потянулся к ручке, собираясь рискнуть, открыть дверь, но остановился, придумав кое-что получше.
Глава 16 Камера наружного наблюдения
Зачем рисковать, если есть одушевленная камера наружного наблюдения? Я повернулся к двери зловредной бабки Тоньки, называемой Ягой, которая несет дежурство чуть ли не круглосуточно, нажал на кнопку звонка. После появления у мамы любовника наша квартира под пристальным вниманием соседки, так что соседка все должна знать.
Открыла бабка мгновенно, видимо, смотрела в глазок, когда я позвонил.
— Здравствуйте, тетя Тоня, — проговорил я, глядя на вытянувшуюся от любопытства мордочку бабки.
— И тебе здравствуй, Павлик, — проскрежетала она.
Я сказал:
— У нас дома кто-то есть, наверное, воры. Вы не слышали ничего подозрительного?
— Нет, — мотнула головой соседка и добавила с притворным сочувствием: — Оля пришла полчаса назад, я как раз на улице была. Бедняжка, расстроенная до ужаса. Даже не поздоровалась, юрк в подъезд — и все. Ох уж эти мужики!
Час от часу не легче. Мне ничего не угрожает, это плюс, у мамы что-то случилось — это минус. Случилось такое, из-за чего она раньше ушла с работы.
Или просто заскочила на обед?
Я приложил руку к груди и проговорил:
— Спасибо огромное, тетя Тоня! Что бы мы без вас делали!
В прошлом году Стрельцовы поссорились с бабкой Тонькой, покойный Иван Филиппович поставил на подоконник магнитофон, открыл окно и безостановочно крутил песню: «Куда девался кляузник-сосед» — доводя сплетницу до белого каленья. Полдня играла эта песня, я был дома и выучил ее чуть ли не наизусть. До сих пор помню: «Куда девался кляузник-сосед? Он весь наш быт знал точно и подробно, он даже знал, что вату за корсет кладет соседка Клавдия Петровна». Еще там была строчка: «И уж откуда выудил он весть, что два соседа балуют фарцовкой» — последнее слово было мне незнакомо. Спрашивать у родителей, что это такое, я не стал, Илья тоже не знал, что за фарцовка такая. Посовещавшись, мы решили, что это какие-то наркотики, а потом тема утратила актуальность, и мы про нее забыли.