Дома я захватил «сникерсы» и жвачку, три пачки кофе любимым учителям: Еленочке как классной руководительнице, Верочке и англичанке, Илоне Анатольевне — если они будут в школе, конечно.

После торжественной части — выступления Деда Мороза и пьесы со спасением Нового Года — планировались посиделки классами, а с восьми до девяти — дискотека. В отличие от остальных ровесников, это мне было совершенно неинтересно, даже отвращение вызывало.

В начале пятого Алексеич привез меня к подъезду, где находилась база, и вызвался донеси поклажу, я поблагодарил его и сказал, что дальше — сам. Навьючился пакетами и спустился в подвал, откуда доносился смех.

Голоса стихли, когда хлопнула входная дверь. Навстречу бросились Борис и Ян, брату я дал торт — он аж крякнул, Ян забрал два пакета, и под аплодисменты мы вошли в освещенное помещение под пристальными взглядами нарисованных Шварценеггера и Шреддера.

Лихолетова сразу же сунулась в пакет, который Ян поставил на пол. Там были разные конфеты.

— Ого, это нам сожрать? — Она сразу же вытащила одну и принялась разворачивать.

— Тпр-р! — крикнул я. — Отставить обжираловку! Это для всех. В смысле, в класс.

Отодвинув пакет, я высыпал две пригоршни конфет.

— Вот так можно.

Гаечка прищурилась:

— И Баранова будет жрать? И Желткова с Карасем? А не слипнется у них?

Я высыпал еще пригоршню, потом еще, и она угомонилась, схватив несколько конфет.

— Будет азартно, вам понравится, — пообещал я.

Глаза у всех загорелись. Ко мне бочком подошел Ден Памфилов и изобразил лиса, его просящий вид говорил: если ты не расскажешь, я умру прямо сейчас! Я трепещу от предвкушения.

— Колись, — толкнула меня в бок Алиса. — Я-то все равно ничего не увижу.

— А ты приходи, — сказал я и обратился к младшим: — Все приходите. Скажу, что вы скинулись на подарки и хотите поучаствовать. Потом… поймете когда, пойдете домой.

— Класс! — воскликнул Ян, подпрыгнув на месте.

У них праздник был вчера и вроде бы прошел дежурно, а тут наметилось приключение.

— Маски как, готовы? — спросил я, и Борис водрузил мне на голову маску Ээха, Гаечка протянула зеркало, Памфилов воскликнул дурным голосом:

— Это я, добрый Ээх!

Из зеркальца на меня таращилась двоеротая зеленая морда с хоботом вместо носа и рогами, причем второй рот был открыт, и там виднелись зубы.

— Боря — мастер! — резюмировал Илья. — Алиса — мастер, что склеила некоторые маски.

— А остальные маски где? — спросил я.

— Это сюрприз для каждого, — с гордостью заметил Боря.

— Понял. Сюрприз на сюрпризе, — кивнул я. — Вы готовьтесь, а мне в школу надо, а то ничего не получится. Торт принесете в класс и не вздумайте сожрать!