Король. Убил короля. Калахан Мэлруд. Его отец мертв.

Мать Гвидо была не самой доброй женщиной, а отец и вовсе был тем еще засранцем и регулярно поколачивал своих детей. Гвидо был младшим, но не первым у Церы и Гильермо, однако ни один из детей не дожил даже до трехлетия. Брок подкинул Джоланта в семью Лорка ночью, когда родился их сын, и вышло так, будто Цера родила двойняшек. Но никто не делал для Джо тайну из того, что он не родной, и вот однажды мальчишка надоел им вопросами: кто я, кто мой отец, кто моя мама. Он считал, что родители Гвидо – это на самом деле его родные родители, просто ненавидят его почему-то, и от этого издеваются таким жестоким образом. Тогда Брок взял мальчишку за руку и отвел на площадь Сантацио, где проводился какой-то праздник, он уже не помнит, какой, но помнит, что король сидел на подмостках, перед ним танцевали, а он был настолько пьян, что еле держал глаза открытыми. Потом он отвернулся и его вырвало, прямо на сидящую рядом с ним королеву Агату.

– Вот твой отец, – сказал ему Брок, и Джо заплакал.

В следующий раз Джолант увидел короля Калахана уже после войны, когда принимал свою клятву как ключник. И тогда Калахан тоже был пьян, но к тому же еще и ужасно толст. Светлые кудрявые волосы, как у Джо, что-то похожее в профиле, если бы его не портили обвисшие жирные щеки и несколько подбородков, и всё.

И вот он мертв. Джолант Мэлруд сложил пергамент и вернул его Гвидо.

– Слушай, брат, мне очень жаль…

– И что за акт о малефеции? – прервал его Джолант. Голос у него был таким же сухим, как и глаза.

Да и о ком ему скорбеть? О человеке, которым Калахан мог бы стать для него, сложись по-иному жизнь юного ключника в самом своем начале? Или о незнакомце, который разрушил их страну?

– Пока это всё, что нам известно. Я узнаю.

Кивок. Гвидо неловко потрепал брата по плечу и отошел, быстрыми шагами нагнал Чонсу, но всё оглядывался на него. Зачем? Не убежит же он. Так только, попинал камни, постоял немного, посмотрел на море и пошел следом, но что-то заставило его сжать кулаки. Не скорбь сделала это, а гнев.

Мэлруд-Хранитель, святой апостол, что должен был защищать народ, подвел всех, подарив миру Калахана. Слабая, жидкая, бледная кровь. Король-пьяница, вовлекший Бринмор в войны и междоусобицы, король-слабак, допустивший церковный произвол, где детей отнимают у матерей еще до того, как те расправят легкие в крике, король-слепец, давший разгуляться культу, что устроил конец этого мира.

Его отец.

В тот вечер Джолант в первый и последний раз напился. Тот раз в Ан-Шу не в счет, тогда была какая-то преграда, ответственность за Чонсу, оглушающе сильная боль в ноге держала его в сознании, а быть может, глупый маленький ключник просто не понимал ещё, в какой же заднице оказался и он, и весь его глупый маленький мирок.