– Я не птичка в клетке!

– Позвольте, позвольте! – Гвидо засмеялся. – Сидите взаперти и, если не развлекаете моего братца чудесными трелями удовольствия, то он набрасывает на вас платок, и вы спите до тех пор, пока он не вернется. Да я даже в коридорах вас не видел всю эту неделю!

Он разозлил её. Кажется, к этому сводилась его роль в чужих жизнях – бесить тех, кто ему интересен. Чонса развернулась, как тростниковая змея, сжала руки в кулаки.

– Ты – избалованный сукин сын, если не видишь разницы. И никогда не был на моем месте! Я сама выбираю такую жизнь. Мне сейчас это нужно!

– «Нужно тебе»? Ах, значит, ты используешь моего брата, чтобы спокойно спать? Оставаться во тьме? Не принимать решений?

– Какие решения тебе нужны?

Гвидо сцепил руки на груди. Вскоре осталась только эта робкая защита – он чувствовал, как малефика запустила в его голову свои острые пальцы, как перебирает извилину за извилиной, выжимая из них сок. Мучительная боль пронзила его виски, но медик не издал ни звука. В нем вспыхнул лишь восторг – какая удивительная особь эта Чонса!

– Я не особь, – шикнула она, пошатнувшись. Гвидо сделал полшага и поймал её за локоть.

Его шепот зазвучал мягко, успокаивающе:

– Позволь мне рассказать все то, что знаю я, моя милая Чонса! Брат бережет тебя от тревог и новостей, он всегда был таким добрым и милым мальчиком, настоящим защитником… Позволь мне рассказать, что можно изменить. Что можешь изменить ты!

– Я? – Чонса вскинула брови.

Гвидо улыбнулся. С её головы не упал ни один волос. Она сама, отважная, зашла под своды его лаборатории. Сама долго, внимательно и спокойно разглядывала склянки, сама комментировала что-то – малефики во время обучения проходят лекарский курс, и на приспособления перед собой девушка смотрела спокойнее, чем Джо, и знала теорию гуморов. Гвидо дал ей обнюхать обстановку, как кошке новое жилье. Она рассказала, что видела в Нино и то, что её Дани вырвал кусок из тела химеры своими зубами. Гвидо винился перед ней, но не слишком сильно, он объяснял, что всему есть причина, и Чонса слушала, сцепив клыки.

И вот он добрался до сути проблемы, до сердца, до той самой сокровенной идеи, которой Джо вначале восхитился, а после – отмахивался от неё.

– И Данте, и Лукас стали способны после инъекций брать под контроль существ, хоть изначально только Лукас имел способности к управлению. Но ты, Чонса, твой дар сильнее. И дух сильнее.

– Данте был сильнее меня.

Было заметно, что это «был» далось ей костью в горле. Но она сказала это спокойно, как будто зачитывая псалом из Книги.