— А почему Картос рассчитывал на нашу помощь?

— Потому что в случае его свержения, Мехилос захлестнет борьба за власть. Будет множество смертей, плюс очередной нестабильный мир.

— И все же мы отказали.

Теперь Ворчун чуть ли не улыбался. Хорошо, что он не был откровенным идиотом и вовремя закрылся.

— Так что по поводу того, чтобы ограничить Мехилос на вход и выход? Жители не заинтересованы в открытом мире? — закинул я удочку.

— Когда мы отозвали Вратарей, сообщение Мехилоса с соседними мирами уменьшилось, но не прекратилось.

— Замечательно, — мрачно заметил я. — Значит, у них тоже есть Сердца.

— Как минимум три-четыре, по нашим подсчетам. И они у них давно. Механоиды умнее тех же архалусов. И не используют артефакты по пустякам. К тому же, Сердца губительным образом воздействуют лишь на органику…

— Но не на механоидов, — догадался я сам.

— Не на всех, — поправил меня Арей.

— Хорошо. Итак, единственный, кто сможет мне помочь — это Картос. Другой вопрос, захочет ли он помогать?

— Все так.

— Принято.

Я развернулся, быстрым шагом направившись к выходу. Старшие даже не сразу отреагировали.

— Седьмой, мы можем подумать, как хитрее все это обставить! — крикнул Ворчун.

— У меня нет на это времени, — ответил я не оборачиваясь и вышел.

По самому замку я уже передвигался исключительно бегом. Рад был бы стартовать и от входа, но пришлось нестись до Распорядителя. А вот уже получив у него полную карту, телепортировался в Мехилос. Прямиком в зал Центра Мира. Каково же было мое удивление, когда я оказался перед Коридором Шестеренок. Это означало лишь одно — наверху стоит Ком. Как хорошо жить в неведении. Существуешь, веришь в свое всемогущество, пока не копнешь поглубже. Тогда и выясняется, что не такой уж крутой. Есть места, куда Вратарей не пускают, существуют существа, способные тебя убить. Добро пожаловать в клуб, как говорится.

— Стоять! — закричал один из таможенников и ко мне бросилось сразу несколько существ.

Я перекинул поудобнее Рис на одну руку, второй достав Грам. Первый приблизившийся ко мне, ощутил всю мощь и силу клинка. Его железная конечность упала к ногам, присыпав их вдобавок всполохами всех наложенных Покровов. Как и всегда, демонстрация силы, с которой ты не способен совладать, заставляет любое существо быстро задуматься о скоротечности жизни. В особенности своей.

— Попытаетесь меня остановить — умрете, — сказал я и, не дожидаясь ответа, зашагал наверх.

Конечно, таможня последовала за мной, однако на значительном расстоянии. Они перешептывались, переругивались, их эманации источали ужас, потому о нападении горе-стражники даже не помышляли. Видимо, рассчитывали на благоразумие Вратаря. И делали вид, что просто сопровождают меня к правителю. Верно, не можешь с чем-то справиться, сделай вид, что все идет по плану.