И даже ко мне не направился, чтобы отвешать тумаков. Не сказав ни слова, тяжелой поступью, Агонетет двинулся к донжону. Он не оборачивался и не смотрел на Братьев, хотя последние провожали его вопрошающими взглядами. Всем нам сейчас требовалось одного — ответов. Крохи информации о том, как жить дальше и что теперь делать. Потому что мир могущественных Вратарей рухнул в одночасье. На нашу силу нашлась другая, более действенная.

Я спустился вниз, к своим, и стал ожидать дальнейшего развития событий. Поведения Ворчуна могло быть вызвано шоком или слишком большими потерями. Сейчас он придет в себя, пришлет за мной парочку Старших и притащит за шкирку к трону. Мол, какого кабирида, Седьмой, ты вытворяешь и прочее, прочее. В общем, по заранее запланированному сценарию, как в хорошем ситкоме. Один бежит, другой догоняет.

Однако секунды перетекали в минуты, те растворялись в часах, а ничего из надуманного мною не воспроизвелось. Я несколько раз выглядывал из башни и с удивлением обнаружил, что Вратари постепенно стали заниматься своими делами. Вернее, если быть точным, никаких особых дел у Братьев сейчас не возникло, поэтому они разбрелись по всему замку. Раненые отправились в Ямы, целехонькие Братья попросту ушли подальше от портальной площадки сидеть на камнях и страдать по старым добрым временам, Старшие и Инструкторы, насколько я понял, закрылись в донжоне. Справедливости ради, даже стражи у главного помещения замка теперь не оказалось. Видимо, Братьев, бывших на этой должности ранее убили, а новых не назначили.

По всему выходило, что порицать меня в ближайшее время никто не собирался. Седьмой неожиданно стал Неуловимым Джо. Тем самым, которого не могут поймать по одной известной причине. И это не входило в мои планы. Не то, чтобы я весь такой мазохист — клейма ставить негде. Однако именно после оглушительного поражения и должны были быть озвучены методы действий по спасению Вселенной. И что мне теперь ждать, пока его агонетейшество придет в нормальное состояние духа и вспомнит про своего любимого Инструктора? Нет, так дело не пойдет.

Ладно, под лежачего Вратаря вода не течет. Мы не гордые, сами явимся в донжон. Правда, Балор подобное намерение не оценил.

— Посидел бы, переждал. Непонятно, в каком состоянии сейчас Агонетет.

— Нет времени ждать. Еще кучу всего сделать надо. Вдруг он только через пару дней отойдет? Если вообще отойдет.

— Хочешь, я пойду с тобой?

— Извини, массовым убийствам я предпочитаю одиночные казни.

И вместе с тем расстояние между башней отверженных (это я так назвал свою команду) и донжоном показалось таким же бескрайним, как океан Ооонта. Я подбирал слова, раздумывал над аргументами, представлял, как будут уходить от прямых обвинений. И оказался полностью не готов к тому, что мое появление осталось незамеченным. На Седьмого попросту никто не обратил внимания.