— Ну, это вопрос спорный, — усомнилась Жанна. — Если сильно кому-то серьезному дорогу перейти, то и без пистолета могут тебя отправить ватники шить.
— Потому лучше ты его с собой вообще не таскай, — почти в тон с ней завершил свой совет Калинин, пожал мне руку и направился к выходу.
— Вот у нас был случай… — завела было свою любимую песню о мире относительно высокой моды Жанна, но мне это сейчас было совершенно не нужно.
— Это все очень интересно, но скажи мне, ты что тут делаешь?
— Не поняла?
— И я не понял. Ты почему тут, а не в поместье Носова? Или ты уже туда смоталась и обратно вернулась?
— Упс, — хлопнула ресницами Жанна и метнулась в сторону балкона.
— Кругом бардак, — глянув ей вслед, вздохнул я, взял со стола заголосивший в этот момент смартфон и глянул на экран. — Тьфу! А тебе-то что от меня надо в такую рань?
Глава 12
— Здорово, — деловито поприветствовал меня Нифонтов, что-то с хрустом жуя. — Дрыхнешь?
— Уже нет, — без особой радости в голосе откликнулся я. — Коль, сегодня суббота. Ты чего не отдыхаешь?
— Работу работаю, — охотно ответил мне оперативник и вдруг заорал так, что у меня аж в ушах зазвенело: — Аникушка, куда? Оставь колбасу, говорю! Не имеешь права! Не хочу я твои сушки есть!
— Ты там с кем общаешься? — чуть опешил я.
— Да наш домовой за ЗОЖ топит, — пояснил Николай. — Чуть зазеваешься, и он вредную, но вкусную еду уже куда-то спрятал, а вместо нее тебе сушек приволок. Причем таких, которые еще во времена царя Николая были изготовлены, и не факт, что Второго. Я вот на тебя отвлекся, так он у меня сейчас полкольца краковской колбасы подрезал. Завтрак мой законный, на кровные деньги купленный!
— Ну, это нормально, — успокоил его я. — Мой слуга не лучше. С той, правда, разницей, что ваш еду прячет, а мой ее жрет как не в себя. Вроде только-только холодильник загрузил по самое не хочу, открываешь его через день, чтобы по кайфу кишкануться, а там пустота, одна петрушка лежит.
— Напраслину на меня взводишь, хозяин, — обидчиво проныл Родька. — Не было такого. Просто снедь нынче не та стала, что раньше, подолгу не храниться. Обернуться не успеешь, а она уже подванивать начала. Что остается делать? Только есть. Не выбрасывать же? И грех это, и деньги за нее плачены.
— Великомученики мы, — сообщил мне тем временем Нифонтов. — Не скажу, что нас пора канонизировать, но в целом поднять эту тему со временем будет можно.
— Так что случилось? — решил не длить я дискуссию о домовых, еде и причислении нас к лику святых. — Чего звонишь?
— Появилась кое-какая информация по вчерашнему фигуранту. Тому, который при жизни любил пить вино и есть сациви. Знаешь, все оказалось не так и сложно. Я бы сказал, даже где-то просто.