— Извините, — чуть смутился я. — Через два часа буду дома обязательно, пусть привозят.

— Вот и хорошо, — в голосе девушки послышалась смешинка. — Тогда ожидайте.

— Буду. Еще раз прошу прощения.

Ну а Нифонтов только хихикал, глядя на происходящее, попутно доедая мой чизкейк.

— Знаешь, Смолин, тебя не твой промысел доведет до ручки, — сообщил он мне, когда я положил телефон на стол. — Тебя сгубит невоздержанность в отношениях со слабым полом. На ней погоришь рано или поздно.

— Очень смешно, господин моралист, — насупился я. — А вообще ты, Коля, меняй профиль. Из отдела своего в полицию нравов переходи, там тебе самое место.

— Не самый плохой вариант, — согласился он со мной, вставая из-за стола и беря со стоявшего рядом с ним пустого стула папку, которую принес с собой. — Тихое, спокойное место, никаких тебе гулей, ведьм и вурдалаков. Мечта, а не жизнь.

Из папки вылетело несколько фотографий, одна из них упала прямо мне под ноги.

— Осел? — удивился я, подняв ее с пола. — Нифонтов, я про тебя чего-то не знаю? И эти люди меня упрекают за разовую причастность к миру высокой моды!

— Ты даже не представляешь, сколько ты про меня не знаешь, — оперативник забрал у меня карточку. — Но это другое. Пареньку одному не повезло, понимаешь, с выбором подружки. Случается. Ладно, подытожим. Я шефу на мозг еще поприседаю, чтобы нашего душегуба в Москву вытащить. Но ты мне должен поручиться за то, что с ним ничего тут не случится, что он после мероприятия вернется в Мордовию живым и здоровым. Потому что если нет, то с нас всех погоны полетят.

— Вот ведь! — рассмеялся я. — Наверное, мне первому выдалась возможность бескровно обезглавить отдел 15-К. Просто стой, ничего не делай — и вас нет. Кому расскажешь — не поверят.

— Хрен с ним, с Чхирхавой, — моментально среагировал оперативник. — Пока сюда другая его родня из Грузии не нагрянет, никому ничего не угрожает. Да если и нагрянет, то ничего, люди знали, куда и зачем едут. Сами виноваты.

— Шучу-шучу, — в примирительном жесте выставил перед собой ладони я. — Обещаю, сделаю все, чтобы умер тот, кто уже мертв, а тот, кто жив, топтал зону дальше.

— Да это понятно, — посерьезнел Николай. — Вот только вероятность того, что товарища привезут в Москву быстро, сильно невелика. Когда-то — может быть, но быстро — вряд ли. Разве что в ближайшее время кому-то из людей с большими звездами на погонах понадобится наша помощь с кем-то из родных и близких, вот тогда да. В качестве спасибо за то, что мы их детей или внуков из какого-то потустороннего дерьма вытащили и не стали это афишировать, могут и пособить. Но сам понимаешь, вилами на воде писано. Когда-то, может быть…