Все молча воззрились на неведомый агрегат.

— Эт чо? — спросил я, для верности ткнув пальцем.

— Это почти то, что мы все так ждем, — медленно ответил Лёха.

— Почти?

— Да. Это два раза не совсем то, в квадрате. Первое — не сама машинка, а девайс, откуда ее можно выколупать. Правда, довольно трудно.

— Ай, — отмахнулся Либанов, — первый раз, что ли?

— Для тебя — первый, — подколол его Михалыч.

— А я и не собирался, — отпарировал завлаб. — У меня специалисты есть! С подходящей квалификацией. Целый коллектив. Ведь есть⁈

— Так, брэк, — попросил я. — Вот что за манера — собачиться на пустом месте? Ты лучше скажи, чего там во-вторых! — повернулся я к Лёхе.

— Во-вторых — машинка там всё-таки не совсем та, что нам нужна, — пожал плечами Лёха, и, заметив как вскинулся Либанов, торопливо уточнил: Но как времянка пойдёт.

— Да вы вообще заколебали! — выкрикнул добытчик. — То им не то, и это не это! Нет бы похвалить героя снабжения!

— А это вот главный вопрос и есть, — медленно выговорил Алексей. — Где это ты так снабдился, а?

Либанов резко охолонул, смутился и вообще как будто стал меньше ростом.

— Ну, я это… Известно где, — все смотрели на него молча. — у Одинцева… Одолжил.

— Одолжил⁈

— Ну да. А что такого-то? — Либанов уже начал сердиться.

— Андрюха, не крути нам мозг, а? — тихо попросил его Лёха. — Он всё-таки мой научный руководитель, а не твой!

— И мой тоже, — вставил Михалыч.

— Короче, колись: что ты ему пообещал⁈ — Лёха аж вперед подался.

— Ну, как… что… участие! Участие я ему пообещал! Но только наблюдателем, вне зоны действия! И через подписку! Может, его еще ФСБ не допустит! А что мне было делать? Еще неделю ждать⁈

Михалыч встал и подошел к Либанову:

— Все нормально, Андрюха, ты молодец, — повернулся к Лёхе. — Молодец?

— Молодец, — эхом откликнулся парень, глядя в никуда. — Молодец. Только куда б мне сныкаться теперь от этого мудака…

— Вместе ныкаться будем, — хохотнул Михалыч.

— Да ладно, решим как-нибудь, — неуверенно пробормотал Либанов.

* * *

Пока учёные, собираясь на ходу с моральными силами и вяло переругиваясь, выползали из нашего ангара в свои застеночные дебри, я спросил Либанова:

— А что это за Одинцев? Из-за чего сыр-бор?

— Ну — профессор такой. Работает тут… лет 50, не меньше, — пожал плечами главный по науке. — Не, он так-то спец классный, вполне в тонусе, несмотря на возраст. И даже у нас точно лишним бы не был, как минимум — в качестве эксперта, на один раз. Посмотреть, узкие места поискать, посоветовать. Но вот как человек… ой.

— Так, может, я просто Артемьеву скажу, да и всё? Пусть его, как ты сказал, ФСБ не допустит, только и всего. Оно нам надо — бурления тут устраивать?