А сегодня случилось еще одно знаменательное происшествие. В полдень к воротам КПП подрулила колонна полуторок. Из кабины головной машины вылез коренастый командир с квадратным лицом и, предъявив документы, попросил вызвать командира бригады. Это был «Император Всея Артиллерии» Василий Гаврилович Грабин. В кузовах машин, упакованные в грубо сколоченные ящики, лежали два десятка удлиненных с 41 до 56 калибров пушек ЗиС-5 для наших танков КВ-1, и столько же аналогично подросших орудий Ф-34 для Т-34. Все орудия были снабжены дульным тормозом от пушки ЗиС-3, уменьшающим отдачу и вскидывание орудия при выстреле. Товарищ Грабин вообще был известен тем, что смело использовал не нуждающиеся в изменениях детали от своих старых систем в новых разработках.

— Вот, товарищ генерал-майор, — пожал Грабин мне руку, — готово. Сказать честно, если бы не маршал Кулик, будь он неладен, орудия сразу пошли бы в войска именно в таком виде. А то кое-кто из наших танковых генералов был уверен, что длинный ствол орудия будет цеплять землю.

— Знаю, — сказал я, — и все равно спасибо. Нам это мало пригодится, со следующего круга мы переходим на совсем другие машины, с орудиями другого калибра. Но линейные танковые части РККА, Василий Гаврилович, будут вам весьма благодарны, ибо им на Т-34 с 76-мм пушкой еще воевать и воевать.

— Знаю, — кивнул он, — об этом у меня был подробный разговор с товарищем Сталиным, и задачу на разработку удлиненных танковых и противотанковых орудий калибра 85- и 100-миллиметров я от него уже получил. В начале марта надеюсь выйти с прототипами на полигон.

— Быстро у вас, — кивнул я. — Будет фашистам приятный сюрприз. — И тут в голову мне пришла одна мысль. — Кстати, а как там у вас поживает орудие ЗиС-3?

— Нормально поживает, — нахмурился Грабин, — пошла в серию. А что с ней не в порядке?

— С ней-то все в порядке, — ответил я, — но я тут вспомнил, как немцы модернизировали трофейные Ф-22 в противотанковые пушки, получившие у наших танкистов прозвище «гадюка». Они воспользовались тем, что ствол у вас запроектирован с запасом, и расточили каморы орудия, увеличили метательный заряд в два с половиной раза, установили дульный тормоз, уменьшили угол возвышения и исключили механизм переменного отката. Товарищ Грабин, надо отметить, что немцы просто исправили капризы «товарища» Тухачевского и ряда других военных, в свое время заставивших вас в таком мощном орудии использовать гильзу образца 1900 г., которая ограничивала вес заряда, и ввести угол возвышения 75°, дабы из него можно было вести стрельбу по самолетам. Бронебойный снаряд переделанной пушки имел начальную скорость около километра в секунду и очень высокую настильность и бронебойность, а вот масса орудия от таких изменений совершенно не изменилась. Попробуйте предвосхитить немецких коллег и сделать нечто подобное. А то Адольф Алоизыч нежно обожает разные железные игрушки, и нужда в противотанковой артиллерии с высокой бронепробиваемостью в войсках у нас будет страшная. В нашем прошлом ваша ЗиС-3 не могла взять в лоб танки «Тигр» при любом угле встречи снаряда с броней на дистанции большей ста метров. В борт дистанция пробития была не больше трехсот метров. А уж наши танки с 76-мм пушками шли в атаку на немецких тяжеловесов чуть ли не в штыковую, при этом подвергаясь расстрелу из их 88-мм зениток с километровых дистанций. Именно поэтому речь у нас сразу зашла и о 85- и 100-миллиметровой танковой и противотанковой артиллерии. Но вес прицепных артсистем крайне критичен для пехоты, основную тягловую силу которой, как правило, составляют сами солдаты…