— Хорошо, — кивнул Сталин, — мы сможем создать такую группу. Но чем бы вы предложили заняться самому товарищу Болховитинову после того, как эта совместная работа будет закончена? Ведь у вас он там себя ничем и никак не проявил.

— Товарищ Сталин, — ответил Хмелев, — из темы БИ-2 логично вытекают дистанционно управляемые самолеты-снаряды воздушного базирования, а затем и крылатые ракеты. Не всем же делать самолеты, кому-то надо заняться и оружием для них.

— Это тоже верно, — сказал Сталин, и подвел итог: — Ну что, товарищи, на первый раз информации предостаточно. Поезжайте в свои КБ и приступайте к работе. Примерно через месяц мы с вами опять встретимся, только уже с каждым в отдельности, и снова переговорим. Все свободны…

14 февраля 1942 года. полдень, полевой лагерь ГОТМБ-1 ОСНАЗ РГК

Командир бригады генерал-майор Бережной

Наше пребывание в ближнем Подмосковье подходит к концу. Пару дней назад бригада товарища Шашмурина закончила обработку токами высокой частоты элементов ходовой наших Т-34 и КВ-1 и в полном составе убыла в расположение гвардейской танковой бригады генерал-майора Катукова. Его бригаду, кстати, так переформировали, что Михаил Ефимович до сих пор с удивлением качает головой. Структуру танковой бригады и ее штатное расписание готовили при моем участии, и напоминает оно, скорее, не танковую бригаду образца начала 1942 года, а усиленный танковый полк начала 80-х годов.

Во-первых — четыре танковых батальона, один из которых тяжелый, состоит из десяти танков КВ-2 и двадцати КВ-1, а остальные, три средних, укомплектованы каждый тридцатью Т-34–76 образца 1941 года, изготовленными на Сталинградском тракторном. Это уже сто двадцать средних и тяжелых танков — то есть больше, чем половина танкового корпуса по штатам 1942 года. Во-вторых — разведрота на боевых аэросанях с легким бронированием. Легкие — РФ-8, и тяжелые — НКЛ-26. Все они вооружены пулеметами ДТ. Есть в составе разведроты и кавалерийский взвод — раскосые кривоногие люди на небольших лохматых лошадках. Это цирики, братское алаверды благодарной Монголии за советскую помощь при Халхин-Голе. В-третьих — для охраны штаба и закрепления позиций сформирован мотострелковый батальон, использующий все те же немецкие полугусеничные тягачи и имеющий на вооружении немецкие трофейные пулеметы МГ-34, по две штуки на отделение. После битвы за Москву этого добра, брошенного истинными арийцами при отступлении, тут как грязи. Остальное вооружение мотострелков — это СВТ-40 и ППШ-41. Ну и на сладкое — самоходный артдивизион, восемнадцать самоходок СУ-76. Конечно, ее не сравнить с нашими «Ноннами» и «Мстами», но все в мире относительно. Сейчас Су-76 — это единственный образчик самоходной артиллерии в РККА.