— Долго сидеть на унитазе вредно для здоровья. — Тут же включилась в тему Жанна. — Растет риск развития геморроя.

— Ага, — зло буркнул Захар. — У меня один вот сегодня утром развился.

— Почему сразу не сказали⁈ — не на шутку всполошилась Жанна и подалась вперед.

— Он шутит, — жестом остановил ее я. — Правда ведь, Захар.

— Шучу, — признался тот.

— Ну, знаете ли, — Жанна резко одернула халат, — со здоровьем не шутят, Захар Юрьевич!

— Вот видишь, теперь еще и шутить нельзя, — мой друг взял с полки маркер и внес в распорядок бессрочный запрет на шутки, нарисовав рядом с ним грустную рожицу.

— А как насчет того, что смех продлевает жизнь? — я глянул на Жанну.

Та покачала головой.

— Только не в том случае, если он меняет ритм дыхания и заставляет сокращаться не только диафрагму, но и мышцы пресса.

— Вас послушать, так он скоро помрет, — я глянул на Захара, который с обреченным видом заваривал пакетик ромашки так, будто искренне стремился утопить его в кипятке.

— Не в мою смену, — решительно заявила Жанна и вновь напомнила. — У вас осталось двадцать семь минут. — Убедившись, что мы оба это услышали, она вновь скрылась в одной из комнат.

— Как думаешь, — тихо спросил меня Захар, — если откажешься уходить, она сможет тебя вышвырнуть?

— Друг мой, — я посмотрел вслед Жанне, — таким женщинам не отказывают.

— В таком случае очень надеюсь, что она не попросит меня о чем-то особенном, — улыбнулся Захар и жестом пригласил меня за стол.

Обычно мы с ним сидели за барной стойкой и пили что-нибудь крепкое, но сегодня был явно не тот случай. Раны не позволили моему другу забраться на высокий стул, да и кто пьет ромашковый чай за стойкой? Точно не я. Мне он вообще никогда не нравился, но Захар зачем-то заварил и на меня тоже. Пришлось молча пить, чтобы не расстраивать больного, а то снова явится Жанна, и тогда добра не жди.

Мы с Захаром разместились за небольшим столиком на балконе с панорамными окнами. Вид отсюда был — загляденье. Москва-река серебрилась в закатных солнечных лучах, а по ней туда-сюда деловито плавали небольшие кораблики. Жизнь в городе кипела, причем и в прямом, и в переносном смысле, ведь даже под вечер столбик термометра не опускался ниже тридцати пяти. Благо, помимо отличного вида, жилище Захара могло похвастаться еще и кондиционерами в каждой комнате.

Пока я наблюдал за суетящимися жителями столицы, хозяин квартиры организовал угощенье в виде печенек, конфет, фруктов и даже половинки торта.

— Еще детское шампанское замути, и будет как в детстве на дне рождении, — я взял овсяное печенье с изюмом. — Потом в приставку поиграем или посмотрим в интернете смешные видео с животными?