— Я сейчас Жанне скажу, что ты решил стать источником моего стресса. — Сообщил мне Захар.

— Жаждешь моей смерти?

— Иногда, — друг наконец закончил приготовления и с наслаждением опустился на удобный стул, вытянув ногу.

Мы посмеялись, после чего мой бывший сослуживец решил перевести разговор в серьезное русло.

— Спасибо, что Риту спас, — сказал он. — Понимаю, что ты бы поступил также, если бы украли любого другого ребенка. Но это моя племянница и…

— … именно поэтому пришли именно за ней, — закончил я за Захара.

— Да. — Он сжал кулаки.

— Ты не кипятись, лучше вот чайку попей, — я подвинул к нему чашку. — И конфетку скушай. Уродов повязали, так что Рите ничего не угрожает.

— Угрожает, — Захар попробовал достать конфету из упаковки, но та оказалась мудреной, так что мой друг просто разорвал ее. — Мне тут шепнули, что похитители просто делали то, за что им заплатили. Они ни имен, ни явок не знают.

— Может, дураков включили? — предположил я.

— Хорошо бы, но нет, — покачал головой Захар. — Их при помощи дара допрашивают. Они не врут.

— Все?

— Все, кто выжил, — поправил меня Захар. — Телепортера ты завалил, водила, который от погони уходил, оказал сопротивление при задержании и поймал три маслины. Был еще тип в пиджаке без дара.

— Был? — я вспомнил мужика, который стрелял в Упыря. Вроде как Флора не дала Вадиму его достать. Или тот все же вырвался.

— Был, — коротко кивнул Захар, съедая еще одну конфету. — Вязли его живым, посадили в изолятор временного содержания. Причем в одиночку. Допрашивать планировали сегодня днем, но утром не добудились. Глянули, а ему кто-то горло от уха до уха вскрыл. Экспертиза говорит, что резали ножом. Но рядом нет следов: никто не входил, ни выходил. Замок тоже без следов взлома.

— Сам он не мог? — я выразительно провел пальцем по горлу.

— Тогда бы нож остался. Да и угол такой, что «пиджак» бы так не извернулся.

— Дела… А отпечатки пробили?

— Их нет. — Пожал плечами Захар. — Ни у убитого в изоляторе, ни у водилы.

Я нахмурился.

— У «пиджака» при задержании должны были снять.

— Сняли, но подушечки гладкие, — мой друг поднял руку к лицу и посмотрел на кончики своих пальцев. — Отпечатки просто выжгли.

— А другие способы? Морду-то ему никто не обглодал? Еще пломбы на зубах, татуировки, может?

— Нигде не значится, — на лицо Захара легла тень. — Кто-то потер инфу, причем даже в медицинских базах и госреестрах. Кто-то очень влиятельный.

— Ну, мы это и раньше понимали. — После таких новостей аппетит у меня как-то пропал, чему поспособствовал и стойкий запах заваренной ромашки. — И что толку? Я вообще как-то теряю логическую связь между попыткой твоего убийства и похищением племянницы.