– Бумаги есть? – спросил он, с ходу сбивая цену.

– Какие бумаги, – возмутилась я, – По ней вон все видно. Рабочая, хорошая. Мы с места снялись, куда нам теперь она. Хочу, чтобы попала в хорошие руки, где ей будут работа и корм.

– Чего в этом девка понимает? Хороша лошадь или плоха? – фыркнул соседний торговец.

– Вот-вот! Женщинам бы веретено в руки, а не повод, – фыркнул второй, плотный, с красным носом. – Ты хоть знаешь, что говоришь-то? Лошадь – дело мужское.

Толпа хмыкнула. Я увидела, как во взгляде дракона, стоящего поодаль, будто бы и не со мной, взгляд заледенел. Ему явно не понравился тон, с которым посмели со мной говорить. Я поняла, что у меня есть не больше минуты, чтобы исправить ситуацию, иначе в дело вступит Кайден и непонятно, чем все закончится.

Я улыбнулась торговцу так ласково, как могла:

– Знаю. Например, у вашего серого, что стоит у корыта, правый скакательный «шпатоват». Спорим, что подламывает на повороте через шаг.

Мужчина поперхнулся, а несколько покупателей обратили на меня внимание. Кто-то предложил сходить да проверить, что там баба говорит. Дело ли?

Но красноносый кашлянул и отступил в тень. Первый перекуп усмехнулся одними глазами.

– Ладно, покажи свою, – сказал он уже без снисхождения.

Я вывела кобылу на круг, отпустила чомбур, чтобы был лёгкий «провис», и попросила шагом. Шаг – широк, «с места не вьётся», спина работает, шея печатная.

Я остановила, поставила «квадратом», подняла по очереди копыта:

– Вон, стелька сухая, не гниёт, пятки ровные.

– А чего за пятна на крупе? Язвы!

– Ожоги! Погорельцы мы, – коротко бросила я, и вопросов больше не последовало.

Я погладила лошадь по гриве и повернула к солнцу:

– Глаза чистые, веки мягкие, закусочки под уздой образцовые, без ранок. Она и в

упряже, и в седле будет хороша. Спина цела. На звук не шарахается – уши слушают, не липнут.

– Возраст? – спросил первый.

– Шесть зим, – ответила я и в подтверждение приоткрыла лошади рот, показывая состояние зубов.

Перекуп всё понял и кивнул.

– Сколько просишь?

И тут я поняла, что не знаю цен! Я была так увлечена, что забыла спросить Кайдена. Я тут же сделала виноватый вид и пролепетала, что к мужу схожу за советом.

Получила за это одобрительный взгляд торговцев.

– Знает всё же место, баба, – шепнул кто-то.

Я едва сдержалась, чтобы не обернуться и не высказать всё, что я по этому поводу думаю. Приблизившись к Кайдену, я заметила озорные искры в его глазах. Кажется, ему доставляло удовольствие наблюдать за мной.

– Цену подскажи, – улыбнулась я.

– Не думаю, что сможем продать дороже ста пятидесяти.