– Четыреста, – крикнула я, оборачиваясь!
– Сто пятьдесят, – крикнул перекуп.
Я подошла к нему и смерила взглядом.
– Не отпущу дёшево, – сказала тихо, но так, чтобы слышали. – Смотрите постановку: уши, глаз, ноги – сухие, грудь – широкая, по кости – возьмёт груз. Руку знает. За сто пятьдесят разве что в пеший обоз, а она для работы.
– Двести, – фыркнул он, – драная, палёная кобыла. Она больше не стоит.
– Посмотрим, – улыбнулась я, махнув рукой мужчине, который ходил неподалёку и явно присматривал лошадь, – Подходите, посмотрите мою кобылу. Молодая, здоровая, если б дом не погорел, так я бы с ней и не рассталась!
Мужчина хмыкнул, в глазах блестнул интерес. Перекуп скривил губы, но не обиделся. Он оглядел кобылу ещё раз и буркнул:
– Двести пятьдесят.
– Двести семьдесят пять, и можете прямо на месте перепродать её этому милому фермеру, а я сделаю вид, что ничего не заметила.
Перекуп усмехнулся и, отвернувшись, отсчитал монеты из кошелька.
– Ты ж не деревенская, верно?
– Как замуж вышла, сыном обзавелась – так стала деревенская.
На всякий случай соврала я.
К Кайдену я вернулась, уже взвешивая в руке кошелек.
– Сколько? – улыбнулся дракон.
– Двести семьдесят пять, – я не смогла сдержать торжествующей улыбки.
Кайден присвистнул и с уважением склонил голову:
– Почти в два раза, – сказал он, не повышая голоса. – Я бы не дожал.
– Ты бы не продавал, – парировала я, отдавая ему мешочек и забирая из рук дракона Артура.
– Не припомню, чтобы мне хоть раз приходилось что-то кому-то продавать.
Мы двинулись к колодцу с журавлём, где собирались пассажиры каравана.
Глава 19
У колодца толпились люди, в основном мужчины. Караванщики сидели прямо на бортовых досках телег, переговаривались, пересчитывали мешки. Кайден сжал в руке мешочек с деньгами и сказал:
– Ждите здесь.
Он пошёл к самому крупному возу, где на облучке сидел жилистый мужик с косой бородой и плетёным ремнём поверх жилета – караванный староста. Я осталась у журавля с Артуром. До нас долетали только обрывки фраз:
…негоже в такие дни тащить бабу да дитя… цена такая, потому что ошалели все с кометой…
Кайден что-то отвечал, но его голос терялся в гуле толпы. Судя по тому, что в конечном итоге он отсчитал плату из кошелька и подал караванщику, договориться удалось. Взамен на деньги ему дали три больших жетона с дыркой посередине, которые Кайден нанизал на шнур и повесил на грудь.
Дракон вернулся к нам и показался хмурым. Я не стала его расспрашивать, чтобы не пугать Артура. И так было понятно – дорога лёгкой не будет.
Тут в животе у Артура громко заурчало. Мы с Кайденом одновременно посмотрели друг на друга – и улыбнулись. Мальчик смутился и спрятал лицо у меня на плече.