Мало кто осмеливался вот так в открытую с ней пререкаться. Для этого требовалась определенная смелость. У Юноны со смелостью был полный порядок. Она смотрела, не отводя взгляда, и безмятежно улыбалась.

Где-то глубоко внутри меня одобрительно заурчал дракон.

Стерва! Шикарная, самоуверенная стерва!

— Я такого не говорила.

— Слава богу, а то мне на миг показалось, что вы не одобряете выбор своего любимого сына.

Мать метнула на меня многообещающий взгляд, но я не для того сюда пришел, чтобы играть в хорошего мальчика. Мне уже осточертели ее попытки пристроить меня в «подходящие» женские руки. Подходящие, конечно, для нее. Мои желания в этом отборе совершенно не учитывались и не имели ровным счетом никакого значения.

— Выборы бывают разные, милая, — снисходительно ответила маменька, — некоторые делаются на эмоциях, без участия здравого смысла. Некоторые назло. И к вашему сведению, такие решения долго не живут и быстро теряют свою привлекательность.

— К счастью, это не наш случай, да Максюш?

Ю ласково улыбнулась и положила голову мне на плечо.

— Конечно, любимая, — я обнял ее и притянул к себе. На мгновение она напряглась и замерла, но потом подалась мне навстречу.

А я вдруг понял, что отчаянно хочу ее поцеловать.

— Не забывай, Максимилиан! Ты дракон! — мать подбоченилась, — путь и пока неинициированный. И это накладывает на тебя определенные обязательства. Ты права не имеешь бросаться в омут с головой…

— Инициированный, — безмятежно брякнула Ю.

— Не говори о том, в чем не разбираешься, милочка. Его зверь спит.

— Но уже ворочается и рычит, и вот-вот покажет этому миру свой чешуйчатый хвост.

Мать не поверила.

— Вторая ипостась — это не повод для шуток!

— Да какие тут шутки. Вы бы видели, как его трясет время от времени. А какая при этом холодина наступает. Все окна в доме льдом покрываются.

— Максимилиан, о чем говорит эта особа?

— По-моему все предельно понятно, — улыбнулся я, — Юнона говорит о том, что инициация началась.

— Он начал пробуждаться? С ней? — она пошатнулась и схватилась за сердце. — С ведьмой?!

— Представь себе.

— Но… почему ты мне об этом не сказал? Почему я до сих пор не в курсе? Ты должен был сказать, я бы…

— Ты бы что? — устало спросил я, — Привела бы толпу лекарей? Оракулов? Повитух? Или всех своих подруг, чтобы похвастаться моими мучениями? Каждый день требовала бы отчета по моему состоянию. Заглядывала бы под хвост, когда тот появился?

— Я бы помогала, — упрямо сказала она, хотя знала, что это не в ее силах.

Единственная, кто могла помочь мне и моему дракону — это Юнона, которая прямо сейчас, в этот самый момент пыталась ненавязчиво выбраться из моих объятий.