Вмиг посмурневшие строгостью лица явственно говорили о том, что в этом отношении, по возвращению на Родину, иллюзий никто не испытывал.

Уже совсем перед отлётом, оказией, чисто из любопытства:

— Товарищ вице-адмирал, можно вопрос?.. Чем вы руководствовались, позволив совершиться этой встрече? Существование какого-то «крейсера на перегоне» не прописывалось ни в каких руководящих документах, не вязалось ни с какой логикой. Мы могли оказаться хитрой ловушкой, да мало ли чем?..

Левченко задумался, припоминая последовательность событий…

— Работу вашего радара мы фиксировали, однако точного пеленга и дистанции дать не могли. Ещё… немало сбивало с толку ваше радиомолчание. Англичане, равно как и американцы, здесь в этих вода чувствуют себя вполне уверено, чтобы не вести какого-то радиообмена.

Пусть и кодированного.

Говорите, ваш штурмовик произвёл разведку эскадры? Сигнальщики пролёт не заметили. Як-9 выполнял плановое секторальное патрулирование.

Ваш лётчик очень смело сблизился. Рисковал. Нашему приказ был: «Кого бы ни встретил — сбивать», так как ближе к Исландии, погода там — непогода, любой патрульный самолёт противника, как правило, оборудованный радаром, это гарантия нашего обнаружения. И хорошо, что лётчики там, в небе меж собой сумели как-то разойтись, не ввязавшись в бой.

— Ворон ворону глаз не выклюет, — подстелил Геннадьич, сам же подумав: «Что-то немного не сходится в показаниях летунов».

— Вернувшийся на авианосец пилот описал чужую машину, как нетипичную. Однако согласно сделанным выводам профессиональных лётчиков, такой самолёт не мог иметь большой радиус. Где-то должен быть носитель. Совпало — кратковременным включением радара очень удачно удалось засечь, как неизвестная метка воздушной цели исчезает, сливается с поверхностью примерно в сорока километрах по пеленгу «на ост». Оставлять на фланге неизвестную опасность мы не могли. Пробили тревогу. Подняли поисково-ударную группу.

— А что вас всё же толкнуло отменить атаку и попытаться обратиться к диалогу?

— Да как что?.. Ваша осведомлённость о «раковской» шестёрке. То, что мы потеряли два бомбардировщика, даже в Москве не знали. Нет, допустим это могло быть известно врагу… вполне и наверняка — они же сбили их. И тут вы чуть себя не переиграли, между прочим. Честно, я даже не знал, что и думать.

В целом же, слишком путанная получилась комбинация. Нарисовать на крыльях самолёта красные звёзды, а на борту корабля название «Москва», подняв советские флаги, скажем, американцы или британцы, конечно, могли бы, но… смысл?..