Ещё Женька заметил: отцу очень сильно досталось от трудностей, когда маму положили в роддом. Всё было на нём: работа, дом, сын, поездки в роддом, решение многих вопросов, в том числе и финансовых. Готовить еду для себя и для сына приходилось самому. В условиях, когда в рационе не такое-то большое разнообразие, как в 21 веке, нет доставок и готовых блюд, это было проблематично и занимало много времени.

Отец приходил с работы, его встречал пустой холодильник, значит, нужно что-то варить. При этом ведь варил не только себе и сыну, но и жене в роддом. За неделю готовил и носил два раза котлеты с картофельным пюре и варёной картошкой, пельмени, говядину. По мнению Женьке, батя в такой ситуации проявил себя как настоящий мужик, прошёл через эти трудности достойно…

…С понедельника Григорий Тимофеевич шёл в отпуск, поэтому для того, чтобы забирать жену из роддома, отпрашиваться не пришлось. Ещё и отпускные с авансом получил, что очень важно. Ещё маленько нашабашил на неделе. В общем, пока деньги были…

Понедельник начался с ощущения какого-то праздника, причём волновались сразу оба, но всё-таки нашли в себе силы позавтракать и кое-как дотерпеть до обеда.

Батя надел свой крутой кримпленовый костюм, розовую нейлоновую рубаху, синий галстук в белую полоску, весеннюю куртку и кепку. Оделся легко, хотя на улице ещё не сказать, что было по-весеннему тепло. Женьку одел по-зимнему: ехать далеко, разве что вместо валенок велел надеть весенние ботинки.

Положил в авоську шоколадку «Алёнка», бутылку шампанского, взял в другую руку приготовленное бельё для малышки и вместе с Женькой направился к драмтеатру, где стояли свободные таксисты. Договорился доехать до роддома за 3 рубля без счётчика, сели с Женькой в «Волгу» и поехали в роддом. По идее, ещё бы следовало купить цветы жене. Но сейчас, в конце марта, никаких цветов в продаже не было, даже у дачников и грузин на базаре.

Приехав, отец попросил таксиста подождать полчаса, сунув в залог рублёвку и пообещав ещё 3 рубля на обратном пути, потом направился с Женькой в комнату выписки, которая имела отдельный вход.

В комнате в это время встречали другую роженицу. Народу пришло встречать человек пять, и все хорошо одеты: в костюмах, пальто, в галстуках, один мужик в плаще и шляпе, по виду — партиец или начальник. Акушерка вынесла младенца, завёрнутого в белое одеяло, перетянутое синей ленточкой, и вручила мужику, по-видимому, отцу. Следом вышла радостная молодая женщина в модном плаще и шляпке.

Пожилой мужик-партиец сразу же вручил акушерке презент: коробку дефицитных шоколадных конфет и бутылку шампанского. Григорий Тимофеевич сразу же подумал: как ему-то поступать с подарком? Ведь если он возьмёт ребёнка, то кто подаст медсестре авоську с подношением? Оставалась вся надежда на сына.