Вцепившись в его мокрый пиджак, Морана посасывала его язык, побуждая углубить поцелуй, и он прикусил ее нижнюю губу в ответ. Пистолет целовал ее кожу, скользя вдоль шеи, по грудной клетке, и остановился между грудей.

Тристан Кейн задержал его прямо над ее сердцем, заставляя его подскочить в груди, хотя сам продолжал жадно целовать ее в губы, изливая на нее всю свою страсть вместе с дождем.

Мурашки пробежали по ее спине, пальцы крепче сжали ткань пиджака, а губы задрожали на его губах, и он отстранился.

Морана открыла глаза, потрясенная силой поцелуя, собственной реакцией, потрясенная им самим.

Она увидела его припухшие губы, на которых остался след ее дикого поцелуя, и ее кожа запылала, соски напряглись еще сильнее, несмотря на дуло пистолета, направленное на ее сердце.

Он сжал челюсти, на виске выступила вена, а глаза на долгое мгновение пронзили ее взглядом. Она выдержала этот взгляд, ни разу не моргнув. Вода текла по их лицам, пока они не сводили друг с друга глаз.

Тристан Кейн минуту стоял неподвижно, за ней вторую. Их губы замерли, едва не соприкасаясь, но никто не шелохнулся. Они неотрывно смотрели друг на друга, пока он на секунду не закрыл глаза.

Его кадык подпрыгнул над узлом галстука, а потом он опустил руку.

Морана шумно выдохнула, сама не осознавая, что затаила дыхание.

Тристан Кейн отступил назад, больше не взглянув ей в глаза, и оставил ее стоять под холодным дождем и прохладным воздухом. Она выпустила пиджак из рук, и он, быстро наклонившись, поднял ее пистолет с грязной земли.

Выпрямился в полный рост, и рубашка плотно натянулась у него на груди. Мокрая кожа и чернила татуировок проступили под ставшей прозрачной тканью, и Морана невольно сглотнула от ее вида. Он протянул ей пистолет. Морана отвела взгляд от его груди и посмотрела на ладонь со сбитыми костяшками, в которой ее тяжелый пистолет казался совсем маленьким.

Она молча забрала оружие и коснулась его пальцев, отчего по ее руке побежали мурашки.

Он никак не отреагировал, что для него являлось в порядке вещей.

А еще он не смотрел ей в глаза, а вот это было необычно.

Тристан Кейн молча развернулся и пошел к своей огромной машине под проливным дождем, после того как поцеловал ее так, что у нее перехватило дыхание.

«Как только я прикоснусь к тебе губами, ты уже никогда не будешь прежней».

Ей вспомнились его слова. Он был прав.

Морана взглянула на пистолет, который он поднял и вернул ей.

Она желала чего-то. Он дал ей это, как только смог. Он не произнес ни слова. Но сделал выбор. Как и она.

Сделав глубокий вдох, Морана сглотнула и шагнула вперед.