лампы, пластиковые фигуры, унылый баннер с кривовато прикрепленным спонсорским логотипом. Это не шокировало, не оскорбляло, не провоцировало — и едва дышало. Именно поэтому логотип в стиле «Камасутры» ударил по шахматному сообществу как метеорит. Людей шокировало не только то, на что он был похож, а сам факт того, что шахматы могут как-то выглядеть. Шахматам хватило дерзости стать другими, они осмелились проявить себя. Впервые на памяти живущих поколений шахматы не слились с обоями. Они ошеломили, привели в ужас, заставили обернуться. Другие виды спорта занимались этим всегда. Болиды «Формулы-1» буквально кричат с экранов, как несущиеся по трассе конфетные фантики. НБА построила целые империи кроссовок на визуальном стиле и «понтах». Даже в дартсе появились неон и выход игроков под музыку. Эти виды спорта понимали, что заметность требует трения: о внимании нельзя вежливо просить, его нужно перехватывать. Шахматы тем временем довольствовались анонимностью. Респектабельность означала невидимость. Негласное соглашение гласило: «Мы не будем вас беспокоить, а вы не будете нас замечать». Логотип взломал эту установку. Не потому, что его все полюбили — это было не так, а потому, что он отказался выглядеть так, как, по мнению людей, «должны» выглядеть шахматы. В этом и заключался настоящий шок. А когда шок прошел, люди заметили: шахматы наконец-то стали частью экономики внимания. Дизайн как провокация Когда мы изначально проводили ребрендинг шахмат вместе с агентством Pentagram, они заложили фундамент: стиль, атмосферу, доказательство того, что шахматы могут находиться в той же визуальной вселенной, что и премия «Оскар»: чемпионский набор фигур, стеклянный куб для игроков, постановочные фотографии. Все это выводило игру на новый уровень. Но работа Pentagram оказалась изысканной и утонченной. Это был дизайн ради авторитета — доказательство того, что шахматы достойны серьезного общества. Логотип в стиле «Камасутры» был другим: дизайн как провокация. Оба подхода служат своей цели. Авторитет открывает вам двери к спонсорам, институциям и тем людям, которым нужны гарантии, что они не связываются с дилетантами. Провокация же привлекает внимание большинства, которое, скорее всего, никогда не посетит шахматный турнир и не купит премиум-билет, но формирует культурный фон для всего остального. Шахматам требовалось и то и другое. Нужен был фундамент от Pentagram, чтобы к игре серьезно относились немногие. И нужны были периодические провокации, чтобы игру замечали массы. История