— Ах! — послышался возглас не умной гекки, но больше подозрительных шумов не последовало.
Осторожно, чтобы внезапно не обляпало, Флэтч приоткрыл веки. От увиденного и так не маленькие баньки выпучились, превратившись в настоящие блюдца. Могучая обсидиановая птица обхватила голову человека крылами и зависла над ним, словно туча.
Между порождением магии и бывшим псарем, похоже, происходил взаимообмен энергиями. Постепенно, контуры призрачного коршуна истаяли. Монограмма погрузилась внутрь необычного парня. После чего, неугомонный дылда подошёл поближе к глыбе и возложил на неё руки.
Твёрдая порода потекла, как масло на раскалённом солнце. Таинственный обломок обнажил свою суть. Как и предполагал книгочей, внутри скрывалась запирающая скрижаль либертас. И, о боги, работающая! Серебро засверкало, словно маленькая звезда, а различные рисунки и символы закружились в причудливом хороводе.
Флэтч сглотнул слюну. Наследие древнего ордена ценилось куда выше, чем инфокристаллы. Вот только единицы из везунчиков находили достаточно безопасные артефакты, чтобы уцелеть и реализовать сокровища. Об остальных ходили истории одна страшнее другой.
— Ждите меня здесь. За мной не суйтесь. Сис оставляю тебя за старшую. Присмотри за ними, — бросил через плечо темноволосый юноша, как будто Флэтч собирался идти за ним.
А вот то, что главной назначили гекку, больно ударило по самолюбию. У лемминга аж шерстка на мордочке встопорщилась от возмущения. Между тем, юноша начхал на переживания хомячка. Без тени сомнений, он приложил ладонь к центру круга, заключавшего в себе трёхпалую птицу.
Древний символ завертелся, а знаки и руны сложились в причудливую вязь, обнажив проход. Не долго думая, смельчак шагнул во мрак. На секунду обзор заволокла тьма. А когда видимость пришла в норму, никакой плиты не осталось и в помине. Лишь густая чёрная сажа свидетельствовала о том, что произошедшее не пригрезилось путникам. И то, горелые хлопья споро подхватил и развеял не весть откуда взявшийся ветерок.
— Можешь уходить, если хочешь. Я никого не держу, — раздался с боку спокойный голос зеленокожей.
Гекка присела возле спящей девчонки и изнеможённо прикрыла веки. Целительство никогда не являлось ее коньком, потому она перенапряглась и очень устала. Худосочному тельцу требовался длительный отдых.
Невероятно, но кроха умудрилась задремать. Лишь пышущий гневом лемминг бодрствовал, изнывая от скуки. Естественно, Флэтч никуда не смылся. Хомячок был слишком разумным, чтобы шастать по коридорам в одиночку.
* * *
— Ну, и где скрижаль? Ты что, наврал нам, гаденыш? — злобно поинтересовался у провожатого Ксард, — Порисоваться захотел? Думаешь, мы идиоты? Тон опытного охотника заключал в себе немалую угрозу. Обычно спокойный воин едва сдерживался, чтобы не избить брехуна.