— Даже если так, — не соглашался с оппонентом лысый. — У нас в стране что, решены все медицинские проблемы? Нам самим не нужны доноры? Это, по-вашему, вообще нормально с нравственной точки зрения — торговать кровью соотечественников на бирже?
— Товар есть товар, — возражал носатый. — Россия поставляет кровь и сыворотку, в Европе и Америке из нее делают универсальную вакцину. Мы полноправные международные партнеры! Сейчас у нас в стране хватает денег на выплаты пенсионерам и бюджетникам, но это сейчас, когда кровь пошла на рынок. Вы что, хотите, чтобы было как в двадцать втором году? Хотите, чтобы старики, врачи и учителя голодали? А если с России снимут санкции и цена на кровь еще подскочит, а она подскочит, то отечественный Росмед выйдет в мировой топ-лист крупнейших корпораций. Это успех, которым мы все должны гордиться!
— Мы? Олигархи делают деньги на народной крови, а вы предлагаете гражданам этим гордиться?
Вздохнув, я выключил телевизор. Хорошенького помаленьку. Кажется, брякнул сигнал у шлюза. Наверное, принесли ужин, пора подкрепиться и выспаться по совету Антона. Надеюсь, завтра все закончится…
Утро началось с хороших новостей. Около десяти утра дверь моего карантинного бокса открылась, и ко мне вошел врач, лет пятидесяти на вид. Улыбчивый, с небольшим пузиком, в отглаженном белом халате. И, что самое приятное, без глухого защитного костюма, что могло говорить лишь об одном — я признан не заразным.
— Здравствуйте Иван Сергеевич, — вежливо поздоровался он. — Как вам спаслось у нас в гостях?
— Неплохо, — чуть улыбнулся я. — Вы из Одинцовского спецпункта? Честно говоря, меня волнует прежде всего один вопрос — как там мои анализы?
— Нет, я не из него, — развел руками медик. — Я, скажем так, из головной организации. С вашими анализами все нормально. Результаты были готовы уже сегодня ночью. Вы не заразны, в паспорт здоровья уже внесены соответствующие данные. Дайте-ка я гляну вашу прививку… Вот видите, краснота уже начинает спадать. Но, понимаете, есть одна маленькая проблема. Вам надо съездить со мной в Калужскую область, в центральный вирусологический госпиталь. Тест на антитела очень странный и у меня есть вопросы к результатам томографии.
— А с кем имею честь разговаривать? — озабоченно спросил я.
— Торбышев моя фамилия, — охотно ответил доктор. — Максим Леонидович.
— Что-то серьезное, Максим Леонидович? Говорите прямо.
— Скорее всего — нет. Но дообследование необходимо для вашего здоровья. Не волнуйтесь, поездка займет лишь пару дней. У нас есть соответствующее оборудование и специалисты, на вашу работу мы сообщим, больничный выпишем. Переночуете у нас, а завтра мы вас привезем прямо домой, — доктор был сама любезность. И это мне сильно не понравилось. Не принято у нас сильно беспокоиться о людях, поймите меня правильно — традиция в стране такая. С потенциально заразным гражданином возиться, конечно, будут — и приедут с мигалками и в карантинный бокс упекут. Сейчас с этим строго — изолировать и обследовать носителей заразы нужно в кратчайшие сроки, ковид научил. А вот разводить турусы на колесах с больным, не представляющим опасности для окружающих и пока еще передвигающимся на своих двоих? Не смешите мои тапочки… Заставят побегать по докторам самостоятельно и раскошелиться, или подождут пока сам помрешь — вариантов всего два, а твоя жизнь, это только твои личные проблемы. Если бы медики что-то там нарыли, то максимум дали бы выписку и направление. А чтобы лично доктор приехал и повез в госпиталь, где меня дообследуют за казенный счет? Сильно сомневаюсь… Я же не депутат и не чиновник высшей категории. Что-то тут не вяжется, блин.