Первым делом я проверил Катю, отстегнув ее от кресла и стащив с мокрых волос шлемофон. Живая, только без сознания. Пульс есть, хотя и слабенький, видимых серьезных ран не заметно, кровь, похоже, из носа натекла. Как же это ее так контузило? Впрочем, она сидела к месту попадания ближе, чем я. А «эльф» по ходу отколдовался с концами — ни дыхания, ни пульса.
Я осторожно вытащил из танка медичку и прислонил ее спиной к каткам разбитых гусениц. Девушка тихонько стонала, но глаз не открывала. А потом сам обессилено сел рядом, уставившись бездумным взглядом прямо перед собой и чувствуя, как у меня болит все тело. Адреналин уходил после боя, и теперь я чувствовал, что мне тоже крепко досталось. Наверное, следовало что-то делать, но сил не было никаких, а еще мне безумно жалко девушку и… разбитый танк. За недолгое время я привык к нему как к живому существу. Эх… «Империя мне такую машину дала, а я ее про…пролюбил»! — билась в голове единственная дурацкая мысль.
— Ты сделал свою работу, Ходок, — раздался голос у меня над головой. С трудом подняв взгляд, я увидел стоящего рядом Айвера. Весь перемазанный чьей-то кровью и землей, в рваном плаще, он опирался на слабо светящийся посох. — Твоя часть договора исполнена. Клат-эйра разбиты, осада снята. Теперь я исполню свою. Иди!
— Куда? — вяло спросил я. — Я сейчас не могу. Мне плохо и Катя ранена.
— Вон туда — показал посохом на островок тумана маг. Рядом с ним уже никого не было, а изнутри колдовской туман светился желтым светом. — Ты попадешь на Дорогу. Точка перехода будет рядом. Надо идти, Ваня, — почти ласково сказал он. — Прямо сейчас. Мы отдаем остатки силы Древа, чтобы помочь вам, но закат вот-вот наступит.
— И что потом? Вы обещали решить наши проблемы с пленом…
— Мы это сделаем. Постараемся сделать, — поправился маг. — Тент-ал дома Лойнт всегда держат свое слово. Мы не можем разорвать вашу связь с капсулами, не можем сами выйти на Дорогу, не можем взять вас к себе. Но мы можем попробовать перетащить вас с капсулами вместе в другой мир. В ее — кивнул он на Катю. — Это единственное, что я могу. Поспеши, а то будет поздно, — «эльф» коснулся меня кончикам посоха и я почувствовал, как мне становиться легче. Взял застонавшую девушку на руки и, морщась от боли при каждом шаге, направился к туману.
— И помни, ты должен заступиться за нас перед Хранителем на трехсотом километре! — услышал я за секунду перед тем, как войти в плотное белесое облако.
Глава 22
В густом молочно-белом мареве, скрывавшем от взгляда даже носки моих черных берц, я бродил недолго. Несколько десятков шагов, и белая пелена начала редеть, теряя свою плотность, а потом и вовсе пошла клочьями. Под ногами обнаружился знакомый потрескавшийся асфальт шоссе, а еще через полминуты я смог разглядеть привычный за последнее время лес по его обочинам. Айвер оказался прав, портал действительно вывел меня на Дорогу и это, безусловно, радовало. Правда, идти с каждым шагом было все труднее — краткий подъем сил, вызванный волшебством «эльфа», быстро проходил. Болело везде: от груди, в которой кололо при каждом вздохе, до ноющих мышц в икрах ног. Катя не спешила приходить в себя и, хотя медичка отличалась стройностью фигуры, нести ее было тяжело. Пусть это звучит не слишком романтично, но взрослая девушка это не зайчонок и не котенок, а минимум полцентнера живого теплого веса. К довершению всех бед, я сейчас был полностью безоружен — наши автоматы остались в танке, спину оттягивал лишь рюкзак с НЗ, но толку от него… Если «Эльф» наврал про близкую точку перехода, то дело плохо.