У края дороги, метрах в десяти от нее, стоял подбитый танк. Во всяком случае, подобная машина напоминала именно его, хотя таких «танков» на Земле я не видел. Торчащая из коробчатой башни пушка, смотревшая в землю, была не пушкой вовсе, а какой-то трубой, диаметром сантиметров пятнадцать, опутанной серебристыми кабелями, а у самого ее окончания я увидел нечто вроде рефлектора спутниковой тарелки. Отверстия в «стволе» тоже не наблюдалось — лишь какая-то стеклообразная полупрозрачная масса. Ближе к торцу на башне были закреплены странные матовые зеркала, частично разбитые, которые можно было бы принять за солнечные батареи, но лишь на первый взгляд — как-то они странно отливали красным и зеленым светом одновременно, в зависимости от угла зрения. В борту машины виднелась рваная дыра, одна из гусениц сорвана и лежит рядом, люк на башне распахнут, на поцарапанном металле следы копоти. Выглядел «танк» абсолютно безжизненным и безопасным, и я остановился рядом с ним, осматриваясь. «А что если подойти поближе»?
С одной стороны я знал, что любопытство кошку сгубило. Да и Торбышев строго-настрого предупреждал пока не соваться к объектам рядом с Дорогой. С другой стороны — до финиша всего метров пятнадцать, я всегда успею убежать, если что-то пойдет не так. Кроме того я знал, что способности к телепортированию солонки у Игоря с Настей появились не на пустом месте, а потому, что они кое-где нарушали предписания Торбышева. Дорога — вещь в себе, и если я хочу понять, что она такое, то надо что-то делать. А самое главное — думать своей, а не чужой головой. Приняв решение, я начал осторожно спускаться с невысокой насыпи к «танку».
Глава 5
Мысленно я приготовился к любым неприятностям, но ничего страшного не произошло, даже когда я коснулся рукою борта разбитой машины. Немного серебристой краски с ее корпуса осталось на моей ладони, но когда я отряхнул руки, она, вначале позеленев на моих глазах, легко осыпалась на землю мелкодисперсной бурой пылью. Ржавчины под краской-хамелеоном не оказалось, да и был ли борт «танка» сделан из стали? Не факт, скорее вместо нее использовался какой-то другой сплав, твердый и блестящий вроде алюминиевого или магниевого. Возможно, что вес боевой машины не столь уж и велик, как показалось сначала.
Осмотревшись вокруг, я подтянулся на руках, схватившись за скобы на броне, и влез на борт «танка», а затем вскарабкался на башню и заглянул в открытый люк. Нда… полумрак, два сиденья, приборная доска со штурвалом, скорее смахивающим на самолетный… На одном из сидений лежит мумия погибшего танкиста в потертом черном комбинезоне. Везде, где их не прикрывает нанесенная ветром грязь и прелая листва, видны следы копоти. Кстати, места в башне много, никаких признаков заряжающего механизма не заметно. Наличия боекомплекта или рычагов управления тоже не видно. Приборная панель, похоже, цифровая, а не аналоговая, хотя сверху толком не разберешь, да и оплавлена она почти на треть. Залезть внутрь? Нет, не полезу, и так жутковато, неохота тревожить мертвые кости. Да и не наблюдается там на первый взгляд ничего интересного — ни инструмента, ни оружия.