— Рада видеть вас, — поднялась мне навстречу Северская.
Она спустила с колен девочку лет двух. Темноволосую — в отца, кудрявую, одетую в кружевное платьице поверх панталончиков.
Я присела в реверансе.
— Это огромная честь для меня, Анастасия Павловна. — Выпрямившись, протянула ей корзинку. — Примите этот скромный подарок.
26
— Благодарю вас, — улыбнулась она, но мне показалось, будто в ее глазах промелькнуло изумление. Я опять что-то сделала не так?
Ладно, если уж княгиня простила мне чай на кухне, то уж неловкость с подарком простит. На всякий случай я решила пояснить:
— Это пряники. Вашей малышке, если ей допустимо по возрасту, или к вашему столу, если сочтете возможным…
— Благодарю вас, Дарья Захаровна, вы очень любезны. — Княгиня взяла корзинку. Девочка сразу же потянулась к ней.
— Не сейчас, — улыбнулась Северская.
Малышка подбежала к отцу, начала дергать его за штанину, пытаясь вскарабкаться, словно котенок. Князь рассмеялся и подхватил ее на руки.
Я не успела удивиться, что ребенок в таком возрасте спокойно понял «не сейчас». Девочка указала на корзинку в руках матери.
— Дай!
И потянула отца за шейный платок.
Князь снова рассмеялся — насколько же он сейчас не походил на того человека, что встретил меня в кабинете!
— Погоди, моя хорошая.
Княгиня поставила корзинку на столик и вынула один пряник. Отломила кусочек и положила в рот.
— Простите, я должна попробовать сама, — объяснила она, заметив мой взгляд. — Аленке всего два года, нужно убедиться, что не слишком сладко. Или пряно.
Она жевала медленно, задумчиво. Потом улыбнулась.
— Очень вкусно. И очень мягкий, прямо свежайший.
— Утренний.
— Заметно. Обычно пряники чуть полежат — и твердые, как камень. — Она разломила пряник пополам, протянула дочери. — На, попробуй.
Аленка схватила половинку обеими ручками. Откусила, начала жевать- очень сосредоточенно. Я едва не рассмеялась-: настолько потешно выглядело на детской мордашке то же серьезно-изучающее выражение, которое только что было на лице княгини. Попробовав еще, малышка сунула пряник в рот отцу.
Князь не стал отказываться.
— Ам!
Аленка озадаченно посмотрела на здорово уменьшившийся пряник. Нахмурилась, но не разревелась, а тут же сунула остаток в рот. Целиком, пока эти взрослые не съели все сами.
— Действительно хорош, — сказал князь, глядя на меня. — Необычный.
Княгиня кивнула.
— Еще раз спасибо, Дарья Захаровна. — Она чуть повысила голос: — Ульяна!
В дверях тут же нарисовалась горничная.
Вот, значит, как живут по-настоящему богатые люди. Никакого уединения: слуги караулят каждое слово господ. Как в аквариуме, честное слово.