Долгая минута молчания.

Я посмотрел на свои ладони.

Прогресс не остановить, его можно только направить.

Так что же теперь?

Бежать от антимагии, как луддиты от станков? Или… попробовать укротить её, как атом?

Прогресс или гибель? В голове вновь пронёсся этот страшный вопрос.

Мысли путались.

А если этот раз — исключение?

С одной стороны, все великие открытия встречали сопротивление.

С другой — что если антимагия действительно окажется тем редким случаем, когда страх оправдан?

Что если она действительно уничтожит магию — основу этого мира?

Но как проверить?

Слепо положиться на слова незнакомца?

Или рискнуть, как рисковали все великие учёные?

Мой взгляд упал на микроскоп, лежащий разобранным на столе. Отец верил в это исследование, но он не знал того, что знает Влансендур.

Амат наблюдал за мной, его единственный глаз сверлил насквозь, словно пытаясь прочитать мысли.

— Ты думаешь, что я похож на тех фанатиков, которые сжигали первых алхимиков за дьявольские зелья? — спросил я наконец.

— Нет. Ты хуже, — печально сказал он. — Ты умён, а значит, найдёшь способ оправдать любые свои действия. Даже зная, к чему они приведут.

Густая тишина повисла между нами. Где-то за окном кричали чайки, а по коридору общежития топали студенты, возвращающиеся с занятий. Обычный день в академии. Вот только в этой комнате решалась судьба магии.

Откинулся на спинку стула, задумчиво смотря на нового соседа.

Щёлкнул пальцами.

Каменный кокон рассыпался в песок.

Амат пошатнулся, но удержался на ногах. Он молча потирал запястья, где остались красные следы от камня.

Я медленно поднялся со стула, ощущая тяжесть принятого решения. Шаг. Ещё шаг.

— Договорились, — сказал я, первым нарушив тишину, и протянул ему руку.

Жимин замер. Его глаз метнулся от моего лица к ладони, потом опять к лицу, выискивая подвох.

— Ты помогаешь мне разобраться в антимагическом веществе, — чётко чеканя каждое слово, произнёс я, не отводя взгляда, — а я поразмышляю над твоими словами.

Он на мгновение задумался, но потом сразу кивнул, и в его взгляде читалось понимание.

— Ты же отдаёшь себе отчёт в том, что это не конец нашего спора, а только начало.

Я кивнул. Не в знак согласия, а как признание факта.

Амат медленно протянул руку. Его пальцы сжали мои крепко, почти до боли. Это было не просто рукопожатие. Клятва. Вызов. Договор, не скреплённый чернилами.

— Теперь у нас с тобой есть общий враг, Краснов, который уже пытался стереть нас обоих с доски.

— И общая цель: понять правду об антимагии, — добавил я, чувствуя, как что-то произошло между нами. Не дружба. Не доверие. Просто временное совпадение маршрутов двух охотников, вот только методы у нас разные.