К гостю подошёл слуга и подал трость со светящимся наконечником.

— Кирилл Павлович, — обратился ко мне Гурьев Иван, — позвольте представить, граф Вениамин Олегович Дубин — маг-целитель и декан медицинского факультета. Вениамин Олегович, это Кирилл Павлович, наш сюзерен.

Я кивнул, граф повторил жест, невольно приподняв бровь. Он словно был удивлён тем, что я являлся сюзереном Ивана.

Посмотрел на кровать, где лежал управляющий литейным цехом Пётр Арсеньевич Бадаев. Ему явно стало лучше: лицо было бледным, глаза, хоть и мутные, но открыты. Он слабо тянулся ко мне, словно пытаясь что-то сказать.

Не теряя ни мгновения, подошёл к нему, наклонился ближе.

— Будьте осторожнее с людьми Скрабеля, — еле слышно прошептал он.

— Это они тебя? — спросил я, чувствуя, как молодое тело Кирилла готово взорваться от распирающего гнева.

Бадаев замялся, его глаза метнулись в сторону, но затем он слабо кивнул.

— Ни в коем случае… Ни в коем случае не отдавайте им исследования вашего отца по материаловедению, — продолжил он, с трудом подбирая слова.

— Не отдам, — твёрдо ответил я. — Но где они?

Он открыл рот, чтобы ответить, но сил не хватило. Глаза мужчины закрылись, и он снова потерял сознание.

Я выпрямился, подзывая рукой братьев Гурьевых.

— Значит, так, — сказал я, не отрывая взгляда от Бадаева, — прикажи усилить охрану лаборатории. И чтобы кто-нибудь постоянно был рядом с больным.

— Будет сделано, — ответили дружно оба.

Повернулся к медику, шагнул навстречу, задев что-то у себя под ногами. Взгляд упал на пол, где лежали пустые оболочки от магических кристаллов. Их было много.

— Случай был очень интересный, — услышал я усталый голос графа Дубина. — Я теперь даже не жалею, что мой помощник поддался на уговоры и согласился на лечение за такие скромные деньги.

— Сколько магической энергии ушло? — спросил я, стараясь не показывать своего беспокойства.

— Очень много, — ответил он, вздыхая. — Дважды пришлось подзаряжаться от магических кристаллов.

Я бросил ещё один взгляд на пустые оболочки, подсчитывая примерную стоимость. По меркам цен центральной колонии это около пятьсот золотых. На «большой земле» — около восмиста. Но мы находимся на окраине, и цены на магические кристаллы тут чуть ниже, чем в центральной колонии.

— Не переживайте, я полностью рассчитаюсь с вами, — твёрдо сказал я.

Граф устало улыбнулся.

— Вениамин Олегович, — обратился я к медику, стараясь звучать уважительно, — как состояние Петра?

Он повернулся ко мне, слегка наклонив голову.

— Ваш управляющий находится в стабильном, но всё ещё тяжёлом состоянии. Я смог нейтрализовать токсин, но его организм сильно истощён. Потребуется время, чтобы восстановиться.