Сказать, что мне не терпелось — ничего не сказать. Прямо тянуло увидеть, что там. Но это можно будет сделать только вечером, когда окажусь в своей комнате в общежитии. Нужно всё проделать без шума и посторонних глаз.

При выходе из здания я заметил Митю, который, вопреки ожиданиям, не бросился бежать вместе со всеми, а спокойно ждал меня. Он устроился на лавке перед входом в корпус, подставив солнцу лицо, словно наслаждался редкими лучами.

— Ты чего тут загораешь? — удивился я, подходя к нему. — Или пару отменили?

— Мы же договорились, что при необходимости прикроем друг друга, — ответил Митя, улыбнувшись. — Или ты уже забыл?

Кивнул, но внутри чувствовал лёгкое недоумение. Странный он, конечно. Другой бы на его месте бросился бежать со всеми, стараясь успеть на пару любой ценой. Но, с другой стороны, голова на плечах у него есть, а то, что там тараканы — так это у всех так. Мало кто понимает чужие мотивы.

Мы шли быстро, но не бежали. Митя, кажется, разделял моё настроение.

В прошлой жизни я уже набегался по пустякам. Всё время старался куда-то успеть. То на лекции, то на совещания, то на поезда, которые вечно уходили без меня. Помню, как однажды чуть не сломал ногу, пытаясь успеть на остановку автобуса, который в итоге опоздал на полчаса. Мои студенты тоже постоянно были в гонке со временем, они вечно опаздывали на пары, как будто время для них текло иначе.

Особенно запомнился один случай. Я тогда преподавал химическую термодинамику, и мой предмет поставили первой парой. На первую лекцию пришли вовремя всего три человека из тридцати. Остальные явились через полчаса, оправдываясь пробками и сломанными будильниками. Я тогда сказал им: «Чем больше вы спешите, тем меньше успеваете». И ведь реально сработало: на следующую лекцию к началу пришла половина, в другой раз две трети, а к концу семестра все приходили вовремя.

И ведь я никогда не жестил, просто старался преподавать, максимально вовлекая студентов в процесс.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимал, что сам не всегда следовал совету про спешку. Но в этом мире всё было иначе. Здесь я не чувствовал той вечной гонки, того давления, которое заставляло меня бежать, даже когда не было смысла.

Да и чего бояться? Знаний в моей голове хватало, чтобы сдать сессию по большинству предметов прямо сейчас.

— Кстати, — вдруг сказал Жданов, — ты ведь из рода именно того мага Пестова, которого больше двухсот лет назад изгнал Император Пётр Второй?

Я почувствовал холодок в груди, но виду не подал, продолжая шагать так, чтобы не показывать удивления.