В этот момент, как назло, перед мысленным взором появилось разгорячённое и раскрасневшееся лицо симпатичной девушки, ушедшей тогда из комнаты. Н-да-а, как ни крути, а молодое тело оставалось молодым, требуя разрядки, и как бы я не задвигал вопрос физиологии на задний план, он всё равно возвращался, так или иначе. Благо медитативная практика позволяла сгладить желания тела и сосредоточиться на делах насущных. Но вопрос всё же следовало бы по-хорошему решить…
Перед уходом, как и договаривались, я заглянул к главе приюта. Старушка, как обычно, сидела за своим столом, разбирая какие-то бумаги. Однако стоило мне предупредительно постучать по деревянному косяку распахнутой двери, как она сразу же отвлеклась от своего занятия, посмотрев на меня.
— А, господин Глинка, проходите, — кивнула она и, как только я присел на стул напротив, откинулась на спинку своего кресла, наблюдая за мной. — Знаете, а я ведь не особо верила в то, что у вас получится заинтересовать моих воспитанников.
Старушка всмотрелась в меня внимательным и цепким взглядом, который никак не ожидаешь от дамы её возраста.
«А я ведь совсем забыл, что она проработала главой приюта большую часть своей сознательной жизни, воспитывая огромное количество детей», — у меня в голове закрутился ворох мыслей. — «Предполагаю что эта женщина может дать фору в плане опыта даже некоторым мастерам школы Меча».
— И всё же это произошло, вы смогли изменить ребят, — между тем продолжала говорить глава. — И более того, они даже надоумили Свету и Рину присоединиться к ним, хотя знают, что девочкам уже пора готовиться к… выпускному.
Последнее слово старушка не сказала, а скорее выплюнула, столько в нём ненависти я ощутил.
— В любом случае то, как сейчас горят глаза ребят — лучшая рекомендация из всех возможных. Так держать, господин Глинка!
— Это значит, что теперь я смогу заниматься и с другими детьми? — не удержался от вопроса, хотя уже понимал, что мне ответят.
— Это значит, что я продолжаю наблюдать за вашими успехами, но уже без тех опасений, которые у меня, признаюсь честно, были, — в тон мне ответила глава, возвращаясь к работе с бумагами и тем самым демонстрируя, что наше общение закончено.
«Ну закончено, так закончено», — вежливо попрощавшись, я не задерживаясь вышел из кабинета.
Глава 25
Чужое внимание я ощутил практически сразу, как вышел утром из приюта. Меня вели ненавязчиво и аккуратно. Совсем не так, как это провернула когда-то недавно местная шпана. Уровень на этот раз был куда выше, и заметить слежку не получилось бы даже довольно сильному магу. Очевидно, эти ребята знали, что делали. И такой профессионализм сильно напрягал. Я чувствовал среди чужих взглядов даже несколько одарённых. Так-так.