— Кто вы? — требовательно спросил он.

— Антон Голышев, агент Ростовского княжества, — представился он. — Мы здесь, чтобы вас спасти. Ваш сын… Вихрь… он сейчас на ринге. Дерётся за вашу свободу.

Женщина всхлипнула, прижав руку ко рту. Слёзы покатились по её щекам. Девушка, совсем юная, лет шестнадцати, смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Мальчик мой… — прошептала мать, её голос дрожал. — Он… он действительно нашёл способ? Мы свободны?

— Свободны, — твёрдо кивнул Голышев. — Он сдержал слово. Но нам нужно уходить. Сейчас.

Отец семейства на мгновение закрыл глаза, потом он выпрямился и быстро кивнул.

— Мы готовы.

Они не стали спорить. Быстро собрались, накинули верхнюю одежду, обувь. Голышев вывел их в коридор, где Шакал уже ждал с Кристи.

— Все здесь? — спросил он.

— Все.

Шакал достал рацию и нажал кнопку.

— Орёл, приём. Орёл, ответь.

Треск помех. Потом голос человека, оставленного на трибунах:

— На связи.

— Оба объекта спасены, — чётко произнёс Шакал в рацию. — Повторяю — оба объекта спасены. Передай сигнал.

— Принято. Передаю.

Связь оборвалась.

Кристи смотрела на Голышева с таким выражением, будто всё ещё не могла поверить в происходящее.

— Макс… он правда спасёт нас?

— Уже спас, — ответил Голышев с лёгкой улыбкой. — Теперь наша очередь спасти его.

* * *

Пальцы сжались в кулак и прижались к сердцу. Это значило, что «всё выполнено и объект в безопасности».

На секунду я не мог дышать. Не мог двигаться. Просто сидел, глядя на этот простой жест, который означал больше, чем любые слова.

Кристи жива.

Кристи свободна.

Кристи в безопасности.

Что-то внутри меня сломалось. Не в плохом смысле — скорее, как когда спадает напряжение после долгих месяцев страха. Я почувствовал, как глаза предательски защипало, но заставил себя моргнуть, отогнать слёзы. Не здесь. Не сейчас. Не перед сотнями глаз.

Но облегчение было таким огромным, таким всепоглощающим, что на мгновение я забыл, где нахожусь. Забыл про боль, про усталость, про то, что через несколько секунд мне предстоит выйти на ринг в последний, смертельный раунд.

Важно было только одно: я справился. Несмотря ни на что, несмотря на все ошибки и провалы, несмотря на то, что всё шло не по плану — я справился. Она жива.

— Сокол! — голос Григория вернул меня в реальность. Он схватил моё лицо обеими руками, заставляя посмотреть на него. — Ты слышал, что я сказал?

— Что? — прохрипел я.

Но тут краем глаза я заметил движение в толпе. Кто-то протискивался через людей, грубо расталкивая их локтями. Я узнал этот силуэт ещё издалека.

Человек Шакала. Он бежал к рингу, его лицо было красным от напряжения. Но уже у самого края ринга его перехватил охранник Никонова, схватив за плечо.