И снова долго поспать не удалось… На этот раз проснулся не только он, но и Алиса. Во дворе кто-то страшно и тоскливо выл. А снизу отзывался на этот вой Джокер, злобно гавкая и чуть ли не кидаясь на дверь. Вздохнув, Игорь поцеловал жену, вылез из постели и вместе с ружьём отправился вниз.

— Да спал бы ты! — заметил Маа-Тар, увидев помощника нюхача.

Гвардеец уже стоял у двери, где они вместе с Шхегбой и Тионом готовились отбивать нападение в случае чего.

— Я бы поспал, но кто-то воет так громко, что спать мешает! — отчаянно зевая, ответил Игорь.

— Ты уже вставал, а воя ещё не было… — ухмыльнулся краснокожий. — Чего пришёл-то?

— Это тебе только кажется, что не было! — парировал Игорь, мечтая вернуться в кровать. — А он был!

Впрочем, любитель повыть надолго в их дворе не задержался. И вскоре, видимо, ушёл оглашать своими жалобами другие районы Лёдного.

Игорь снова вернулся в комнату, а вскоре услышал, как гвардейцы внизу разбредаются по кроватям. Последним лёг Джокер, который решил переместиться на второй этаж, поближе к тёплой кухонной трубе в комнате Алисы и Игоря. Видимо, Мафил как раз проснулся и приступил к приготовлению завтрака.

Естественно, подремать Игорю снова удалось лишь час-полтора. А потом в дверь комнаты постучал Эрин и позвал его завтракать. В очередной раз с завистью посмотрев на мирно спящую жену — и с особой завистью на Джокера, который вообще спал, когда хотел — Игорь спустился на кухню. И принялся пихать в себя горячий завтрак, хоть не очень-то и хотелось.

Пока он ел, начало светать. Туман и не думал рассеиваться лишь потому, что над Лёдным выглянуло невидимое солнце. Прежде чем выйти из дома, Эрин выдал Игорю дополнительный амулет защиты. После чего они, наконец, оказались на пустой безлюдной улице, затянутой туманом. И тут же принялись оглядываться.

За ночь Лёдное заметно изменилось. Большинство фонарей не горели: Хаос их явно не пощадил. И шансов на то, что в этот раз всё быстро починят, было мало. Улица перестала быть прямой, извиваясь теперь, словно огромная змея, между домами. С ними, кстати, тоже не всё было в порядке: часть зданий перекосило и скособочило. Как будто ночью кто-то большой и нехороший сломал их, как хрупкие пряничные домики…

В общем, если раньше Лёдное напоминало обычный город девятнадцатого века, то теперь от него отчётливо веяло абстракционизмом. А местами, и сюрреализмом.

Крыши прогибались, как жидкие часы на одной из картин Сальвадора Дали. А серые однотонные стены вообще окрасились во все цвета, известные человеческому глазу. Фиолетовый соседствовал с зелёным, а «вырвиглазный» жёлтый плавно переходил в оранжево-коричневый…