— Много чего… Только подожди, я ружьё принесу! — попросил Игорь.
— Зачем ружьё? — насторожился седой.
— Пристрелить одного… Одного самоуверенного типа, который всякий раз недооценивает опасность! — ответил Игорь.
— Стой! Игорь, стой! Не надо ружьё! — крикнул Эрин. — Ты всё равно меня из ружья не убьёшь!.. Мафил, что тут случилось?
Глава 8 Счастливый случай
Вообще-то Игорь слегка успокоился за прошедшие дни. И даже немного шутил, когда шёл за ружьём, но на лестнице его вдруг охватила настоящая злость. Она была резкой, сильной, бурлящей… Она была не только на Эрина — на себя, на жену, на детей…
Игорь смотрел на перила лестницы: старые, потёртые, с вязью новых порезов от когтей крапов. Они сливались в единый узор, от которого не получалось оторвать взгляд. Эта вязь как-то по-особенному злила, выводила из равновесия…
Игорь захотел не просто убить. Он захотел причинить боль. Не только Эрину. Себе и другим. Всем. Если бы в его руках в этот момент было ружьё, или вообще какое-то оружие, он, наверно, не сдержался бы. Но оружия не было, и его надо было взять. Надо было дойти до комнаты, взять оружие и начать делать больно…
«Мир заслужил страдания!» — мелькнуло в голове у Игоря, и эта мысль оказалась очень понятной и верной, одновременно почему-то пугая. Он сделал шаг, второй…
В голове появилась картина, как он берёт нож, подходит к жене, которая и встать-то толком не может… Усилием воли Игорь отогнал эту мысль. Чужую мысль, холодную и жестокую. Мужчина помотал головой, а потом сделал шаг, чуть не оступился… И вцепился в перила.
В глазах помутилось, и через туман, застилающий взгляд, пробилось только системное сообщение:
Вы атакованы Хаосом!
Сохраняйте целостность Сосуда Порядка!
Беда в том, что Игорь не знал, как защищаться. И как сохранять целостность Сосуда Порядка, тоже не знал. Всё, что он мог — это отгонять настойчиво лезущие в голову мысли о жестоком умерщвлении всего и вся.
— Игорь? — голос Эрина звучал будто издалека.
Он был уже не важен, этот голос… И сам Эрин. И все остальные. Важно было почему-то держаться за перила. И стоять на месте. Это было буквально жизненно важно, а остальное — можно и нужно было игнорировать. Игорь почувствовал, как кто-то с усилием разжимает его пальцы. И попытался сопротивляться, но силы были почему-то не равны.
А потом его куда-то вели. Что-то вливали в рот. Рядом звучали какие-то голоса. А Игорь всё никак не мог сосредоточиться. Словно бы оказался в каком-то повторяющемся и безвыходном сновидении, где раз за разом прокручивался один и тот же сценарий: мысль об убийстве — избавление от мысли — облегчение — новая мысль об убийстве… И опять…