Соблазнив священника, Люси уговорила его выкрасть книгу, которая, по счастью, была написана на тончайших папирусных листах, поэтому была весьма компактна в размерах. Бедолага вынес текст прямо под рясой и передал его графине, которая незамедлительно покинула Италию, оставив молодого человека сожалеть о содеянном.

Арман де Сийег д’Атос д’Отвиль, волею случая так же оказавшийся в то время в Италии и знакомый с простофилей-священником, зашел к нему в гости в тот самый момент, когда молодой человек уже принял яд, но еще не скончался, а мучился в одиночестве в своей полутемной комнате.

Поделать Атос уже ничего не мог и лишь выслушал рассказ, больше напоминающий бессвязную речь. Выговорившись, священник умер, а Арман поклялся над его телом, что вернет текст в лоно церкви.

С тех самых пор он преследовал Люси, и однажды почти было схватил ее, но графине удалось ускользнуть. А когда он вместе с наемными людьми настиг ее во второй раз, в дело вмешался я.

Позже, заполучив рукопись и прибыв в Париж, Атос связался со случайным своим знакомым, графом Рошфором, с которым прежде встречался в Италии, и которому вполне доверял, считая его человеком чести. Граф пообещал лично отвезти книгу в Ватикан, но в итоге обманул, попытавшись присвоить фолиант. Видно, сказалось цыганское прошлое Рошфора — ведь он до четырнадцати лет путешествовал с табором, где воровство было лишь способом прокормиться. Недаром, многие мои знакомые отзывались о графе весьма пренебрежительно, считая его проходимцем без капли совести.

Дальнейшие события были мне уже известны, оставалось решить, что делать дальше.

— Послушайте, д’Атос, — тщательно обдумав ситуацию и взвешивая слова, начал я: — вы сказали, что дали клятву вернуть книгу церкви?

— Совершенно верно, — кивнул Арман.

— Но ведь в таком случае, вам вовсе не обязательно везти ее обратно в Ватикан. Более того, этого делать нельзя ни при каких обстоятельствах. Боюсь, святые отцы схватят вас, и участь ваша будет страшна. Вы владелец тайны. Даже если вы не читали трактат, никто вам не поверит.

— Что же делать, барон?

— Отдайте книгу мне, и я отвезу ее кардиналу Ришелье. Этим вы выполните свое слово, вернув книгу церкви, а я выполню свое обещание перед Его Высокопреосвященством. Всяческие же обвинения с вашей персоны будут немедленно сняты, и вы спокойно сможете вернуться к вашим делам, хоть в Париже, хоть в другой части Франции. Это мне по силам.

Арман думал очень долго, и я его не тревожил. Слишком многое было поставлено на кон. Если он откажет, что же, я отниму книгу силой. Сделать это будет легко. Сейчас Атоса победил бы даже ребенок, настолько он был слаб. Но, боже, как же мне будет противно на душе, если придется совершить данный поступок.