Братья все повторили слово в слово.
— Я же, барон де Ла Русс, клянусь в ответ принять господ Дюси в мой дом, отныне и навсегда! — Слова клятвы я выдумывал на ходу, но намерен был исполнять их до последней буквы.
Когда слова были сказаны, я достал нож и сделал легкий надрез на руке. Люка и Бенезит так же чуть надрезали свои предплечьи. Мы смешали кровь, став с этого момента кровными братьями. Я был старшим братом, они — младшими. Левый и Правый перешли из разряда случайных наемных слуг в мою семью, за которую я порву глотку любому.
— Теперь следуйте за мной…
Скрытый механизм отодвинул часть стены в сторону, и перед нами открылся узкий проход.
В свой первый визит сюда, когда старик показал дорогу, я особо не вглядывался в окружающие очертания. Да и сейчас недостаточное освещение скрывало почти все детали обстановки.
Мы прошли коротким отростком-коридором и оказались в пещере, заставленной древними ящиками.
Сокровища катаров.
Братья зачарованно оглядывались по сторонам с полуоткрытыми ртами. Для них это было сродни чуду. Да и я, признаться, был изрядно впечатлен, как в первый раз, так и сейчас.
— Двигайте ко мне! — приказал я, ткнув в тот же ящик, что вскрывал в прошлый раз.
Только теперь я собирался выгрести из него большую часть. Мне отчаянно нужны были оборотные средства, поэтому приходилось рисковать, показывая наличие сокровищ сторонним антикварам. Они-то ведь сразу определят источник происхождения артефактов, в этом я был уверен. И придется отбиваться от прочих желающих разделить хабар… но это будет после, сейчас же деньги на первом месте!
— Готовьте мешки!
В этот раз я планировал привезти с собой больше, чем две безделушки, и продать все с максимальной выгодой, поэтому, практически не глядя, начал кидать в подставленные мешки все подряд: золотую утварь, украшения, монеты, серебряные слитки…
Каждый из братьев прихватил с собой по два мешка, и я набил еще один. Итого, пять. Все под завязку набиты ценностями. Поглядим, в какую сумму это выльется у скупщиков в Париже…
— Достаточно!..
Первый ящик был опустошен более, чем на половину. Но перед нами бесконечными штабелями стояли еще несколько десятков таких же.
В обратную сторону мы вышли через ход для контрабандистов, и вскоре спустились к ожидающим нас солдатам.
Солдаты мерзли и матерились. Мы составили мешки на телегу и вернулись в замок. Там я приказал переложить всю добычу в карету и, не дожидаясь утра, прямо в ночь выехал во тьму.
Путь до Парижа был долог, а я торопился. Мне еще столько всего предстояло сделать…
Эпилог
Две недели спустя я въезжал в аббатство Руамон.