Очевидно, он охранял Ребекку, но кто убил его? Сама де Ландри? Если так, то она могла спастись, укрывшись за ближайшими деревьями.
Медленно, не торопясь, я пошел к краю поляны, всматриваясь в осенний, почти голый лес.
Навстречу из-за могучего дуба шагнула девушка. Ее светлое платье было порвано и перепачкано грязью и кровью, прическа давно потеряла свою форму, светлые длинные волосы растрепались и спутались, но Ребекка улыбалась, приближаясь ко мне. Она была цела и невредима.
Мы остановились в трех шагах друг от друга.
Ее глаза чуть насмешливо прошлись по моему ошарашенному лицу, по забрызганной грязью одежде, по сжатым до хруста кулакам.
— Я ждала вас, шевалье! Благодарю, что нашли время спасти меня! — сказала Ребекка.
Глава 15
Светлая, просторная комната, украшенная тканевой драпировкой небесно-голубого цвета, резными амурами под потолком и толстым персидским ковром под ногами. По центру же, окруженная со всех сторон пуфиками, креслами и диванчиками, стояла массивная кровать, с балдахином, ангелочками над головами, звездами и ликами святых.
Мой парижский новоприобретенный дом оказался куда лучше, чем я предполагал. Особенно учитывая историю с замком.
Здесь же все было спокойно и надежно. Слуги уже убрали балдахины, закрывающие мебель, протерли пыль и паутину, распахнули окна, хорошо проветрив все комнаты, а после растопили камины, и внутри стало уютно, тем более что из кухни на первом этаже уже тянулись запахи жареного мяса, тушеных овощей, пареной рыбы, коптящихся кровяных колбас и прочего, что всегда найдет отклик в голодном желудке.
Ребекка потянулась во сне. Простыня сползла по ее юному телу чуть вниз, приоткрыв высокую грудь с задорно торчащими сосками, изящный изгиб бедра, длинные стройные ноги и плоский живот.
С самого момента встречи в лесу мы с Ребеккой не расставались. Многие дела пошли побоку, но мне было плевать. Я словно сошел с ума, получив ту, о которой мечтал долгие годы. Кардинал, король, двор, интриги — все это отошло на второй план. Во главе же моих помыслов была исключительно Ребекка.
То, что она выжила в бойне на поляне, явилось для меня знаком. Я мог потерять ее, так и не обретя, но Ребекка осталась цела и невредима, и теперь, когда она лежала в постели, такая нежная и беззащитная, расслабленная и спокойная, верящая в меня, я смотрел на нее, сидя в кресле и потягивая вино, насыщенное ароматами полей, цветущим виноградом, песнями крестьян, дубовыми бочками, и не мог наглядеться.
Осталась лишь Ребекка, и ее желания.
При этом я прекрасно осознавал, как это должно выглядеть со стороны, но ничего не мог и не хотел с этим поделать. Просто в один момент все прочее потеряло для меня смысл и интерес.