– Айше-абла, ну пожалуйста, расскажите мне, что произошло? Я знаю, вас не было на работе целую неделю.

– Ох, дочка… Мы всей семьей в деревню ездили, в Карадениз. Свекровь умерла, хоронили ее.

– От всей души соболезную вам, абла. Расставаться с близким человеком всегда нелегко.

Айше всхлипнула, тяжело опустилась на стул, сняла с головы платок и прижала его к лицу.

– Бог ей судья, дочка. И мне тоже. Совсем не любила я ее. А нынче все обиды, которые в моем сердце по крупинкам скапливались день за днем, год за годом, стали наружу выходить, как будто только и дожидались ее смерти.

Знаешь, дочка, я прожила с ней почти пять лет в той глухой деревне. И чего только я не наслушалась тогда. Муж дома редко появлялся, работал в Стамбуле, постоянно отсутствовал, а я, молодая и неопытная, пыталась вести хозяйство, которое и моим-то вовсе не было. – Внезапно замолчав, женщина резко наклонилась, чтобы достать какой-то мусор из-под стола.

– А почему вы вышли за него замуж? – спросила Анна.

– Ах, душа моя, я вышла замуж не по своему желанию, а по желанию отца. Мне едва исполнилось восемнадцать лет, а он тут же меня и сговорил. Я молодая была такая красивая, вот увидела бы ты меня тогда, ни за что не узнала бы! Такая же худенькая была, как ты, легкая, не то что теперь. Но я ни в чем не виню отца: он хотел как лучше, времена тогда другие были, жили мы в деревне, детей было много, а денег мало, образования вообще ни у кого из нас не было. Тут не до душевных переживаний, дай бог, чтобы голодным сидеть не приходилось.

Потом, в те времена молоденьких да красивых девушек частенько воровали по ночам старые вдовцы и другие бесстыдники. Они утаскивали их к себе домой, бесчестили, и потом насильно на них женились, и родители молчали, не заявляли в полицию, потому что опозорить семью было гораздо страшнее, чем отдать дочь какому-нибудь проходимцу.

Правда, родители у меня немного иного склада были, и до поры я думала, что сама себе мужа выберу, уеду с ним и буду жить, как того душа пожелает, вот только однажды случилось то, что навсегда перечеркнуло все мои девичьи надежды и мечты.

Наша семья жила в большом частном доме. Как-то раз, темной глубокой ночью, мы с братьями и сестрами проснулись от громких криков, которые доносились с улицы. Выглянув в окна, мы не смогли ничего рассмотреть из-за темноты, увидели только, что на другой стороне дороги стоят две незнакомые машины и двигаются какие-то мутные силуэты. Любопытство победило осторожность, и двое моих братьев, постарше и помоложе, решили выяснить, что происходит. Мама наша со слезами отговаривала их от этого, да они не послушали, а отец тогда был в отъезде. Впрочем, может, это и к лучшему, потому что он-то тоже пошел бы, наверняка. Бедный мой папа, такой уж он был человек, отзывчивый и честный.