Сирень уже было открыла рот, но потом захлопнула так, что зубы щёлкнули. Отошла на несколько шагов назад и оттуда глазела на нас обиженно. Видимо, надеялась, что её поддержат.
С другой стороны, такие, как Сирень, поддерживают таких, как Стрела, в тонусе. Не дают забываться, зарываться и пытаться наколоть. Они вечно будут трястись над своим и напоминать собой другим, что каждый цент учтён. Поэтому от её выкрутасов была и польза.
Глава 29
— Значит, это моя доля? — кивнул он на деньги, когда Малу подтолкнул к нему рюкзак. — Здесь всё? Двести сорок?
— Да, здесь двести сорок, как договаривались. Проверишь?
— Поверю на слово. Ведь мы же партнёры, верно? — он улыбнулся, но почему-то мне от его улыбки стало беспокойно. Не могу сказать, почему. Просто почувствовал себя неуютно, словно за улыбкой скрывало что-то большее, чем обычное дружелюбие.
— Да, верно, Стрела, — кивнул тот.
— Ну… тогда всё, — хлопнул он в ладоши. — Вы всё… почти всё вернули. Можете тратить свою часть. Хотя дам совет, Малу-то в курсе, а вот вы, детишки… — он красноречиво обвёл нас взглядом. — Не думайте тратить всё разом. Это слишком легко отследить. Вы детки, на вас особо никто смотреть не будет. Но начнёте тратиться не по карману, и могут возникнуть проблемы.
— Мы не идиоты, — поморщилась Сирень.
— Идиоты, не идиоты, но имейте ввиду. И если что, обо мне ни слова. Потому что… — его лицо стало серьёзным, — живьём закопаю прямо за автомастерской.
— Мы поняли, Стрела, — кивнул Малу.
— Ну и говнюк, — пробормотала Сирень, когда мы уже загрузились в машину и выезжали из автомастерской. — Нет, серьёзно, урод же.
— Прикуси язык, Сирень, надоела, — грубо ответил Малу.
— Он нам угрожал!
— Он всем угрожает.
— Но мы не все!
Никто не ответил, то ли желания не было, то ли сил. А может и того, и другого.
— А что с деньгами? — спросил Алекс.
— А что с деньгами? Делим и каждый забирает свою долю, — ответил Малу. — Только на вашем месте я бы прислушался к Стреле. И да, Сирень, прежде чем раскроешь рот, я просто спешу сказать, что он прав. Поэтому даже не начинай.
— Даже не думала, — надулась она.
— А обмывать будем? — непонятно чему вдруг обрадовался Алекс. Может хотел перевести разговор в другое русло, а может просто так, как обычно, наобум.
— Обмывать?
— Ну да. Наше первое дело, как-никак. Я имею ввиду, первое крупное дело. Ступенька к успеху, не?
— Ступенька в тюрьму это, — пробормотал я.
— Нет, ну это тоже, естественно, но мы пока не сидим, — он окинул нас взглядом. — И вроде никто не собирается. А кое-кто хочет нас покинуть. Поэтому, пока мы вместе, обмоем нашу удачу, верно говорю?