Ничего не осталось. Только мелкий песок с едва заметным красноватым оттенком.

Ветер бьет мне в лицо. Горячий и сухой, он должен травмировать кожу, но я, казалось, не замечаю его, мое тело может переносить и не такое. На мне плащ, порывы ветра бьют, распахивая полы и относя далеко назад.

Внезапно облака в небесах ускоряют ход и начинают бежать, низкие и плотные, они приобретают багровый оттенок. Вдалеке на самом краю горизонта зарождается пылевая буря. Солнце становится красным, как плотно сжатый шар, неподвижно зависший в одной точке. Что-то идет, что-то плохое, оно надвигается и меняет окружающий облик, преобразуя его под себя.

Солнце становится черным, а багровые облака еще больше ускоряют бег, несясь по небу сплошным потоком. Колючий злой ветер бьет не переставая, теперь это не просто проявление непогоды, он несет в себе частичку преобразований, уже затронувших остальной мир, и понимание этого почему-то наполняет сознание умиротворением.

Картина, от которой любое живое разумное существо сойдет с ума, для меня привычна, я видел такое уже не раз и спокойно смотрю на происходящее.

В затянутом тьме линии горизонта мелькают тусклые вспышки, зарождается гроза. Но это не обычная гроза, как и все вокруг, она становится частью происходящей трансформации. Реальность плавится, потоки бушующих сил с неистовой мощью ломают привычный порядок вещей, перестраивая по собственному образу и подобию.

Осталось недолго, скоро окружающий мир брызнет осколками, уходя в небытие навсегда.

Я знаю это. Я видел это уже не раз. Но в моей душе царит холод безразличия. Я поднимаю руки и смотрю на них, совсем не удивляясь плотной серой коже и длинным суставам пальцев, способных с легкостью переломить стальной клинок.

Ветер усиливается, полы плаща все сильней уходят назад. Я понимаю, что рядом стоит кто-то еще, спокойно наблюдая за происходящей метаморфозой раскинувшегося вокруг мира. Я медленно поворачиваюсь, собираясь на него посмотреть…'

… и захожусь в диком кашле, не в силах выдержать дикую боль, пронзающую тело с головы до пят, свернувшееся в клубок и лежащее на чем-то твердом.

Проклятье, как же плохо. Кажется, болит все, что может болеть, суставы, мышцы, внутренние органы, глаза и голова. Меня раздирало от боли на части, мешая мыслить и собраться обратно.

Кто я? Где я?

На первый вопрос, впрочем, быстро находится ответ. Помогли ментальные техники, приводящие рассудок в порядок. А вот с ответом на последний возникли проблемы.

Открывать глаза больно, веки кажутся тяжелыми и неподъемными, глазные яблоки болят, будто в них насыпали песком, но пришлось пересилить себя и постараться.