— Нет. Я провожу тебя, милая Айра, — улыбается Арсаль мягко. Приглашающим жестом предлагает выйти из аудитории.
Магией уничтожает флюиды колдовства и ритуала на полу возле кафедры.
Глава 50
— Он мой брат. — Кайн стоит на пороге моей комнаты часом позднее и плечом подпирает косяк дверей.
Он смотрит себе под ноги и невесело усмехается своим мыслям. Крутит в руке какой-то артефакторный камень, сияющий изнутри синим.
Сердце подскакивает в груди, стоит ему поднять на меня взгляд тёмно-синих глаз.
Почему он так влияет на меня? Почему я готова всё забыть и простить только от одного его ТАКОГО взгляда на меня? Расплавляющего, делающего податливой… Он смотрит так, как смотрят на нечто вожделенное, необходимое, будто любуясь, лаская взглядом. И при этом в его глазах беснуются острое желание, жажда.
Неужели правда любит? Так же сильно, как люблю его я?
Прочистив горло, отвечаю:
— Кайн, он поправится. Конечно, я не знаток ментальных ожогов, но…
— Я говорю не о Шайне, — обрывает мою речь Кайн.
— Нет? — не понимаю я, но бережно переплетаю наши с ним пальцы и затягиваю в свою комнату.
— Шайн — кузен. Я говорю об Арсале.
Моргаю несколько раз и жду, что Кайн скажет, что это шутка. При чем здесь Арсаль? Опять будет его обвинять?
— Вот здесь доказательства, что он мой брат. Старше лет на двести. — Кайн вкладывает мне в руку камень.
Проходит вглубь комнаты и останавливается перед окном, всматриваясь в даль. Там маячат верхушки деревьев Тихого леса.
— Странное чувство. Я должен его ненавидеть за Норэла и любить за то, что он сын моей матери.
Взяв камень, согрев его в ладонях, чувствую, как меня мягко окутывает туман чужих воспоминаний.
В нем молодая, красивая, очень ухоженная женщина качает на руках младенца и с горечью говорит:
— Ты всегда будешь моим первенцем. Прости меня, дорогой. Прости, что я не стану тебе мамой. У тебя будут любящие родители. И право на наследие… Прости, малыш. Прости, родной… Прощай. И прощай, Норэл…
Вынырнув из чужих воспоминаний, ощущаю липкое чувство стыда оттого, что увидела сокровенное. Связанное с Кайном. И трепет оттого, что Кайн доверился мне.
— Это дал мне Арс.
— Как такое возможно? И что теперь будешь делать? — пытаюсь понять эмоции Кайна.
Неспешно подхожу к нему и вновь переплетаю наши пальцы, всматриваюсь в задумчивые синие глаза.
— Собирай свои вещи. Переезжаешь в мою комнату. Свадьбу сыграем через месяц. Дети — года через два.
Он говорит это непринуждённым тоном, но непреклонно. Так, словно он всё решил за нас двоих, как обычно. От сказанного им мое сердце подскакивает в груди слишком радостно. Дыхание на мгновение сбивается, а мысли разлетаются в стороны, поднимая со дна души «бабочек». Они оживают где-то в области солнечного сплетения и заполошно порхают.