жестоким и безразличным человеком, который растоптал меня и ушёл, не оглянувшись.

***

Я сидела долго, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, но одиночество становилось

невыносимым. Мне было необходимо выговориться, услышать чей-то голос, почувствовать

поддержку. Не выдержав, я схватила телефон и набрала номер Олеси.

— Алло, Тася? — удивлённо спросила Олеся, услышав мой голос. — Ты почему звонишь? Ты

же сказала, что весь день проведёшь со своим мужчиной.

Я с трудом вздохнула, чувствуя, как горло перехватывает от очередного приступа боли.

— Лесь… он женится, — мой голос сорвался, слова вышли тихими и сдавленными.

Несколько секунд она молчала, потом ошеломлённо произнесла:

— Что? Ты шутишь, да? Это какой-то бред, Тася!

Я крепко сжала телефон, пытаясь не дать эмоциям захлестнуть меня полностью.

— Нет, Лесь, это правда. Он сказал, что на таких, как я, не женятся. Просто объявил:

«Ты моя женщина, но не жена». Как будто я какая-то вещь…

Олеся резко выдохнула, её голос стал злым и напряжённым:

— Я же предупреждала тебя! Говорила, не связывайся ты с этим кавказцем! У них там

свои законы, свои дикие традиции! Ты для него всего лишь игрушка, понимаешь?

Я закрыла глаза, изо всех сил стараясь подавить новый поток слёз.

— Я знаю, я слышала тебя, Лесь. Но я поверила ему, я была уверена, что он любит меня

по-настоящему…

Голос Олеси смягчился, в нём появилось сочувствие и нежность:

— Тася, я понимаю, тебе больно. Но нельзя позволять себя так унижать. Уходи от него

немедленно. Ты не должна терпеть это.

Я замолчала, пытаясь найти силы признаться ей в том, что сама ненавидела в себе

больше всего.

— Я не могу уйти, — прошептала я. — Я всё ещё люблю его, Лесь. Люблю и ненавижу себя

за эту слабость.

Она тяжело вздохнула, её слова прозвучали очень мягко, почти шёпотом:

— Я понимаю, милая, понимаю. Но тебе нужно быть сильной. Поверь, ты заслуживаешь

большего, Тася. Заслуживаешь настоящей любви и уважения.

— Я знаю, — тихо ответила я, стараясь успокоиться и почувствовать хотя бы небольшое

облегчение от её поддержки. — Спасибо, что ты есть, Лесь.

— Я всегда буду рядом, — твёрдо сказала Олеся. — Ты не одна. Вместе мы справимся,

обещаю.

Я отключила телефон, чувствуя себя чуть лучше, хотя боль внутри была всё ещё

огромной. Но теперь я знала, что есть человек, на которого я могу положиться.

***

Вечером зазвонил телефон, и в комнате тут же стало невыносимо тихо. Я даже не сразу

поняла, что это был мой рингтон. Сердце сжалось, когда я увидела имя на экране.

Залим. Конечно, это он. Кто же ещё?

Я уставилась на экран, не в силах дышать. Не брать. Заблокировать. Навсегда. Но